Зато, когда колонна техники выехала на тракт и покатила на север — настроение у всех пассажиров было преотличное. Водитель и Субаба, кстати, даже предлагали мне третьим устроиться в кабине, но я отказался. Не хотелось оставлять сестру одну.

Так что я сидел в кузове грузовика, подставив лицо ветру, и слушал, как Вася и София выманивают из-под горы чемоданов Тёму. Ну то бишь, моего кота, который за время поездки умудрился получить имя.

Кот, правда, выходить отказывался: не очень-то он любил солнышко. Но если кто из девушек, дотянувшись, начинал чесать ему пузо или за ухом — ласку принимал охотно.

Тут же, в кузове, пристроившись среди багажа, дремали остальные ученики Васильков. Михаил Арсеньевич снова держал защиту, а Покровская даже во сне сжимала короб со своим артефактом.

Люди, застрявшие дальше по ходу тракта, провожали нас удивлёнными взглядами. Да и проезжавшие военные с интересом поглядывали на наши древние машинки, снова вставшие в строй.

И нет, мы не тащились, как позорные черепахи, вовсе нет. Колонна двигалась бодро, хоть нам и приходилось держать скорость порядка семидесяти километров в час. Быстрее не мог разогнаться тягач, тащивший автобус на восемьдесят человек.

По всему выходило, что к обеду мы уже доберёмся до Ишима. Так что я позволил себе немного расслабиться и подремать.

Сходу задремать не вышло. У дороги я заметил знакомого священника с семьёй. Они съехали на обочину и сидели в машине, с грустью поглядывая на нас.

Далеко отъехать от Коровников мы не успели: можно было вернуться пешком. А тут ещё машины замедлились, объезжая два автобуса, не успевших освободить полосу… И у меня появился шанс высунуть голову повыше и крикнуть священнику, чтобы шли к складам. Мол, там есть свет, вода, тепло и можно найти транспорт.

А потом мы проехали место, куда докатилась взрывная волна.

Эта граница была очень чётко видна. До неё дорогу нередко перегораживал вставший транспорт, а вот после — шла абсолютно пустая полоса на север. На юг она, кстати, и до, и после границы была занята военной техникой, спешащей в сторону Покровска.

Выбравшись на простор, наша колонна ускорилась, а я ещё долго думал о том, что чувствовали те несчастные, которые всего десяток метров не добрались до места, где их транспорт бы не пострадал.

Когда снова начал подрёмывать, нас остановила Военная Полиция, которая долго общалась с Костей и Марией Михайловной. Я боялся, что наши грузовики конфискуют: в конце концов, разорять консервационные склады не очень законно, пусть нас и оправдывала ситуация. Но обошлось: через некоторое время мы продолжили путь.