Олег молчал. Видимо, объем вопросов, эмоций и впечатлений перегрузил серое вещество моего друга, устроив своеобразный мозговой затор, словно весенний ледоход на реке. Мне тоже было о чем подумать. Рассказывать свою теорию относительно «ЭВов» Иванычу я посчитал преждевременным. У меня, кроме догадок, никакой другой информации не было. А научники — это вам не товарищ майор, который при всей своей иезуитской хитрости все же был прямой как лом и просто вытаскивал из меня все, что даже я не знаю. Нет, про мою клиническую смерть рассказать надо, а вот про свои выводы пока помолчу, но кое-что узнать попробую.

В лаборатории, кроме девчонок и Аркадия, нас ждал волшебный подарок в виде стоящего на столе… настоящего тортика, усыпанного по кругу кремовыми розочками. Немного отморозившись, мы в предвкушении уселись за стол. Воздержавшись от преждевременных восхвалений кулинарного таланта девчонок, я тщетно старался абстрагироваться от косых и хитрых взглядов этих бестий, явно ожидавших заслуженную похвалу.

Отщипывая снизу маленькие кусочки мучной сдобы, подспудно гонял в голове какую-то увлекательную мысль, но никак не мог «поймать ее за хвост», сформировать полностью и воплотить в жизнь. Но тело начало действовать само, видимо, выцепляя из сознания пазлы моей идеи.

В полной тишине я осторожно снял пальцем со своего кусочка кремовую розочку и, откинув голову назад, перенес ее себе на лоб, разместив точно посередине. Уж не знаю, с какими мыслями смотрели на меня участники приятного чаепития, но я уже был полностью поглощен предстоящим действом, до конца осознав, чего именно хочу.

Сидя на стуле и закрыв глаза, без особого труда удерживал лицо параллельно полу. Наверно, уже четверть часа я всеми «фибрами» мысленно посылал Жорику просьбы о встрече. Как только ни изгалялся в своей милоте и сюсюканье. Ну не верилось, что маленькое существо сможет отказаться от сладкого крема. Ну не бывает такого. Так, стоп, а откуда ему знать, что он сладкий и вообще что это такое?

Сменив вектор усилий, сосредоточился на вкусовых ощущениях, благо бисквитное послевкусие без труда позволяло это сделать. Однако просьбу о встрече все так же проецировал в сознании, изрядно сдобрив приятными ощущениями.

Еще вчера я аккуратно попытался выведать у Натальи, как проходит так называемая привязка к «ЭВу» и когда это происходит. Она не вредничала и очень доходчиво все объяснила одной фразой: «Ой, ты сам все поймешь, и происходит это сразу, прям в момент знакомства».

Вот только у меня все никак не произойдет эта самая привязка, а общаемся мы с Жориком уже не первый раз. Мои параллельные мысли вспугнуло проникающее сквозь веки свечение — что-то едва уловимое коснулось лакомства, и крем стал немного расползаться по моему лбу.