Комендант Рязани встал и на прощание пожал руки всем присутствующим гостям.

* * *

Меня разбудили веселые голоса, доносящиеся из-за перегородки. Громко ржал Олег, чуть тише хихикали девчонки. Все тело ломило и тянуло. Ну да, что-то подобное я и ожидал.

Вставать не торопился, пытаясь осмыслить произошедшее сегодня событие.

В первую очередь мне необходимо добиться подобного слияния с Жориком, находясь в нормальном состоянии, то есть будучи в сознании и твердой памяти, а не спящим. К тому же пора серьезно поговорить с Натальей. Ее Атокирина — тьфу, Иркой будет, так вот, она гораздо взрослей моего Жорика будет, и нам надо наладить с ней диалог.

В самое ближайшее время следовало договориться с «ЭВами» об усилении других людей нашего поселения. Нет, города, конечно. Для себя я видел эту работу с их стороны в правильном распределении эфира в телах людей и укреплении их разума, даже без привязки друг к другу. Просто несколько сеансов для начала — дальше пока не заглядывал. Кажется, именно такую поддержку нам обещала Королева на первом этапе, но без наших с Наташкой стараний ничего не получится.

Посмотрев на сидящего в очередном сиропе Жорика, почувствовал его радость и удовлетворение. Ну еще бы, наелся вдоволь, наигрался, еще и прется, как танкер, сидя в медовом сиропе.

Увидев выходящего из-за перегородки меня, боец Пчелка сорвалась со стула и убежала в соседнюю комнату, где сразу загремела посудой. Ее подружка затихла, смондячив удивительно постную рожицу. Тут всё понятно — мне весь вечер теперь, мол, извиняться.

Олег радостно заулыбался, а вот Иваныча с ними не было. По центру стола стояла плошка, до краев наполненная медом. Как только я присел, сразу услышал возбужденный голос Олега.

— Эд, ты прикинь, я сегодня кучу собак завалил и одного барана! Нам из него ужин делали — объедение, сейчас попробуешь. А потом мы прямо со стены ушли в поле собирать трофеи, значит.

Нет, только не это! Я уже заметил, как он быстро садится на слова-прилипалы, и вот это «значит» мне очень не понравилось. А Олега несло — долго парень молчал, теперь наверстывает.

— Эта козлина — реальный такой броненосец, но я ему из своей малышки всю морду разворотил. А потом мы его прям там потрошить стали. Мне старшина показывал, как, а я резал. А еще нам его всего отдали, и девчонки сказали, что из его желез классные фиалы с алхимкой получатся, да и внутренности свою ценность имеют.

Его рассказ прервала глубокая тарелка, скорее салатница, что легла на стол передо мной, а в ней, в темно-коричневом бульоне лежал здоровый шмат мяса, с виду очень напоминавший нашу баранину. Пока я рвал зубами чертовски жесткое мясо, не забывая показывать Олегу большой палец вверх, они все молча облизывались, поглядывая на стоящий по центру стола мёд.