Ошарашенный от такого наезда, стал судорожно крутить головой, пытаясь понять, что могло вызвать у него такой гнев. Не обнаружив никаких видимых причин, посмотрел на свое уже высохшее тело и, кажется, понял. Ну, наверно, я тоже бы разорался, глядя на эту картину.

Что бы вы подумали, увидев сидящего с голой, висящей над лесными просторами жопой чувака, еще и со спущенными штанами.

Как неудобно вышло-то. Но не молчать же.

— Серег, да ты офигел, что ли? Да сохну я тут, просто сижу и жду, когда вода с меня испарится! А ты что своим извращенным умом подумал?

Он не стал извиняться, просто, хмыкнув, изрек:

— Быстро перекусываем и в путь. Нельзя больше тушки Тиранов в тепле держать, испортиться могут. — Удаляясь, он бубнил себе под нос: —Лучше нет красоты, чем пос… с высоты .

Вот же… урка-извращенец!

* * *

Алексей Иванович Ротмистров на своем посту коменданта города Новая Рязань пережил не одну кризисную ситуацию. Поначалу было очень тяжело, и вот, когда казалось, что экономика становится устойчивой, сбыт продукции налажен и в этой части большого хозяйства стали вырисовываться реальные перспективы, случилась диверсия. А что это именно она, не оставалось никаких сомнений.

Сейчас у него в кабинете собралось все руководство города. Следовало выбрать между остановкой всего строительства или вынужденной необходимостью залазить к столичным банкирам в долги, чего до этого момента удавалось избегать, несмотря на их настойчивые предложения. Именно от этого решения зависело многое: ситуация сложилась близкая к критической и даже катастрофической. Хороших решений не просматривалось, выбор стоял между плохим и очень плохим.

Тяжело вздохнув, он посмотрел на мэра города и, кивнув, произнес:

— Докладывайте, Максим Дмитриевич.

Невеликих статей человек не выделялся среди других жителей поселения ничем, но это пока не смотреть в его глаза. Умный проницательный взгляд выдавал недюжинный ум и житейскую мудрость. Не вставая с места, он подвинул к себе тетрадь и заговорил ровным спокойным голосом:

В результате диверсии полностью сгорели два склада с готовой продукцией, производственный цех вторичной деревообработки, грузовой дирижабль, две строительные бытовки и вышка охраны. Огнем уничтожена вся продукция цеха, в том числе приготовленная для отправки в столицу, включая заготовки из ценных пород дерева и почти все отложенные для продажи шкуры животных. Сам цех сгорел полностью, степень повреждения механизмов пока выясняется, дирижабль восстановлению не подлежит. У меня всё.

— Спасибо, Максим Дмитриевич. Теперь давайте заслушаем наше главное должностное лицо, отвечающее за безопасность нашего города. Майор Головко, вам слово. — Каждый слог генерал произносил с напором, словно вбивал кувалдой, давая понять, что отвечать придется по полной программе.