Вам необходимо взбить эту глину до состояния однородной массы с плотностью густой сметаны.

Формат соревнования — все против всех, приступайте.

Спустя неделю все с умилением вспоминали эту безобидную забаву и даже ждали, когда нас погонят принять грязевые ванны, но сейчас это был ад.

Пытавшихся немного отдохнуть товарищей ждал болезненный тычок незнамо откуда взявшейся в руках нашего старшины длинной палкой. Поэтому чисто на ощупь мы искали чье-нибудь тело, чтобы, сцепившись, рухнуть в эту грязь и, ловя счастливые секунды, просто полежать и немного отдышаться.

Коротко постриженные, мы, словно демоны грязи, покрылись слоями глины, относительно чистым оставался только рот, глаза никто даже не пытался открывать. А нашего командира несло.

— Обгаженные медузы, педрилы-мученики, тифозные рахиты, тупорылые зомби и его любимое — головочлены.

Все эти эпитеты, щедро разбавленные смачным матом, доносились с небес всё время нашей «оздоровительной процедуры», мы даже не сразу осознали и поняли команду — на выход.

На карачках, вдоль стены, мы на ощупь находили дорогу наверх и спустя минуты уже стояли, маршируя на месте, ожидая «прихода благодати», как нам пояснил наш командир.

Обдуваемая легким, но упругим и колючим ветром глина вскоре стала подсыхать и, трескаясь, отваливаться от наших тел. Помогая себе пальцем, мне удалось освободить один глаз и ухо.

Увиденное далее сначала обескуражило, а потом потрясло своей логичностью и продуманностью.

Мимо нас, гогоча и тыкая пальцами, бегали люди, толкая впереди себя деревянные тележки. Они активно спускались на нашу «арену», бодро поднимались обратно с уже наполненными взбитой нами глиной тачками и сразу быстро убегали куда-то за невидимую часть Форта.

Смотря друг на друга, мы видели, что высохшая глина, ломаясь, не оставляла на нас никаких следов. Под ней обнаруживалась очень чистая кожа ярко выраженного розового цвета.

Нарастающие зуд и покалывание очень быстро переросли в болезненное жжение. Назойливый ветерок превратился по ощущениям в песчаную бурю, но построивший нас командир и не думал разрешать одеваться, внедряя в наш «заплесневелый» мозг очередную догму:

— На приснопамятной Земле вы за эту процедуру отвалили бы сумасшедшие деньги, а командование идет вам навстречу, пытаясь сохранить вам жизнь.

Сейчас старшина был очень серьезен, и я сразу понял, что это далеко не чья-то блажь и мы не только блендеры для добычи нужной для строительства глины — здесь действительно речь идет о нашем выживании.

Посмотрев на пасмурное небо, он продолжил:

— Поймите, всё, что мы делаем, заточено на одну единственную цель — сохранить ваши никчемные жизни. Этот минерал не просто глина, ее цвет говорит о содержании в этом глиноземе приличного количества эфира. Сейчас ваша кожа и органы получают своего рода жизненную прививку.