Значит, я правильно понял его посыл — не выделяться.

Влетевшие за ним следом две девчонки, схватив меня за руки, поволокли куда-то за ширму. Уложив на кушетку, они дружно кинулись снимать с меня штаны. В принципе, я не возражал, но хотелось бы прояснить пару моментов, ну чисто для себя.

— Милые дамы, а чем, собственно, мы здесь собрались заниматься? Нет, не подумайте, что я имею что-либо против подобного обращения, скорей наоборот, но вы не находите, что здесь слишком людно?

Стащив мои штаны до ботинок, подружки замерли.

Притом на меня даже не посмотрели, уставившись в глаза друг другу. Пободавшись взглядами, они повернули свои прекрасные головки в мою сторону и заговорили одновременно.

— Эд, с таким не шутят.

— Как медицинский работник я настаиваю на осмотре.

Они даже фыркнули одновременно. А я кайфовал — они такие милашки. Но надо прояснить им ситуацию, а то знаю я…

— Прошу минуточку внимания. Осмотр непременно необходим, но, смею вас заверить, ничего страшного не произошло. Удар пришелся в ногу и вскользь. Я старался увернуться, и мне это удалось, хотя сам пока не понял как. Теперь можете продолжать лечение.

Марина все же уточнила.

— Ты уверен?

— Ну, мужчины с такими вещами не ошибаются, это просто невозможно, — сдерживая рвущийся наружу смех, ответил я.

Штаны так и остались собранными на ботинках, а трусы… Трусы все равно стянули, ибо синяк действительно получился объемным. Ну а потом меня сначала чем-то обмазывали, а следом дружно с писком убежали — ну не железный я, а их касания так нежны и приятны.

Надев брюки, подошел к Олегу. Он смотрел на меня, как на Бога, и нервно сглатывал, шарясь взглядом по моему лицу. Повернувшись, я посмотрел на просвечивающуюся шторку.

Да уж… Но если пойти в отказ, будет еще хуже, подумал я.

Меня спасла вполне молодая и незнакомая врачиха, что почти пинками выгнала всех на улицу. Даже чувака с вывихом, правда, дав костыль — почему-то только один. Увидев припирающего стенку старшину, стало все предельно ясно и понятно.

Довольно быстро наша инвалидная команда дошла до камбуза, где уже ждали товарищи из нашей группы и майор Головко. Пристроившись с краю общего строя, мы приготовились внимать великие истины.

Степан Сергеевич был в парадном.

Ну как: на его боку висела сабля в ножнах и, по-моему, он причесал все три своих волосинки. За его спиной стоял старшина Зубенко с где-то найденным подносом.

Дождавшись полной тишины и нашего проникновения торжественностью момента, майор басисто зарокотал:

— Равняйсь! Смирно-о!!!

Взяв с подноса тетрадь, он стал называть фамилии, а дальше мы по очереди выходили и зачитывали нехитрый текст, стоя лицом к товарищам. Суть его сводилась к тому, что мы обязуемся выполнять законы государства и городские указы.