— Так за этим тебе, наверное, в женский монастырь надобно.

— А это какой? — озадаченно поинтересовался Магистр.

Монах расхохотался. По-доброму, от души и до слез, так сильно, что на монастырском дворе залаяли проснувшиеся собаки, а обрез чуть не выпал из его рук.

Магистру в этом смехе почудилось что-то знакомое, но пока он не мог сообразить, что.

— А я похож на монашку? — спросил он и свободной рукой погладил свою бороду. — Или мне тебе уд срамной показать, чтобы ты окончательно убедился?

— Вот черт, — сказал Магистр, начиная осознавать свою ошибку. Можно же было догадаться, что в округе может быть построен не один монастырь, и когда он уточнял дорогу у странника, Магистр не уточнял, что ищет именно женский.

— Не ругайся, отрок.

— Извини.

— Так что, показать уд-то?

— Не надо, — сказал Магистр. — А где женский?

— Там, — монах махнул обрезом в ту сторону, откуда Магистр и приехал. — Пара часов, если на лошади. Часа четыре, если на телеге.

— Жаль, нет у меня телеги, — сказал Магистр, разворачиваясь.

— Постой, отрок, — сказал монах. — Зайди, отдохни с дороги, поешь, выпей, чего бог послал. А я пока мальчишку разбужу, чтобы лошадь твою обтер, напоил на накормил. Животине тоже передышка нужна.

— Твоя правда, — согласился Магистр.

Монах отпер ворота, и Магистр завел лошадь на территорию монастыря. Монах кликнул послушника, поручил ему заботу о животном, и пригласил Магистра в небольшую сторожку при входе. Там горела керосиновая лампа, возле которой вились ночные мотыльки, а на столе лежала раскрытая книга.

— Так ты не спал, что ли? — спросил Магистр.

— Нет, просто зачитался, — сказал монах. Он достал из небольшого шкафа хлеб, сыр и холодное мясо, поставил на стол. Добавил к натюрморту бутылку красного вина, уже открытую.

— Не слишком ли поздно для этого? — спросил Магистр. — Или не слишком рано?

— За знакомство в любое время выпить не грех, — сказал монах.

— Не помню, чтобы ты мне представился.

— Зови меня братом Виталием, отрок.

Магистр присмотрелся и… Если убрать десяток лет и десяток килограммов, чуть укоротить бороду и подровнять волосы… Теперь понятно, почему монах показался ему знакомым.

— Вся эта множественная вселенная — одна большая деревня, — пробормотал Магистр.

* * *

Наверное, когда-то это была чудесная лесная поляна. Покрытая изумрудной травой, здесь росли цветочки, над которыми порхали бабочки и феи, здесь прыгали зайчики, танцевали оленята, и какая-нибудь принцесса могла бы услаждать их слух своим пением, или что там обычно происходит на лесных полянах, Сумкин в этом ни черта не разбирался, да и не хотел.