— Ну а как же хуманы, что проживают вместе с вами на закрытом для остальных уровне станции?

— Они обслуживают станцию. Никто из них не работал с аграфами и не мог знать, кто прилетал или улетал со станции.

— Даже вы.

— Даже я.

— А как же мать вашей подружки? Она работала в закрытом секторе.

— Где она работала и чем занималась мне неизвестно. Я не выясняла.

— Вы были в закрытом секторе?

— Я не буду отвечать на этот вопрос. Это нарушение контракта. Кроме того, мне это надоело, я жду ваших доказательств его пиратства.

— Мы пока устанавливаем его личность.

— Его личность нигде не фигурирует. Значит, он дикий, как я вам и говорила. Итак, где ваши доказательства?

— Можете пока идти, но вскоре я соберу информацию по нему и тогда будет выдвинуто обвинение.

— Нет у тебя ничего, капитан.

Мы встали и вышли из кабинета. Как только закрылась дверь, из соседнего кабинета вышел разведчик.

— Что скажешь? — спросил его капитан.

— Что здесь можно сказать. С креатами всегда сложно. Как обычно будет молчать, даже если что-то знает.

— У нас нет ничего на него.

— Дикий.

— К нам не очень давно попал корабль, летевший сюда. Там были криокапсулы вот с такими.

— Много?

— Два десятка. Когда разморозили их, они ничего не помнили: ни кто они, ни откуда. Полностью стерта память.

— Аварцы?

— Если бы. Наши.

— Что удалось выяснить?

— Ничего. Отправитель груза исчез, до сих пор в розыске. Пилот не знал, что везёт. Взял попутный груз в виде закрытого контейнера, но, когда его стал преследовать пират и он запросил помощь, потом наши вмешались.

— А где они?

— Отправили в миграционный центр. Живут на планете.

— С какой они планеты, не удалось выяснить?

— Нет и ни один из них никогда не был в базе. Я проверил, перед тем как вылететь сюда.

— Даже предположений нет?

— Анализ данных ДНК показал, что их ДНК совпадает с потомками одной очень давно пропавшей экспедиции. Куда она летела и зачем — не сохранилось никаких данных в архивах. Эта экспедиция пропала больше двух тысяч лет назад.

— Потерялись где-то и одичали.

— А сейчас их кто-то нашёл и перевозит сюда их потомков и продаёт.

— Не удивлён. В такие экспедиции отправлялись разные мозголомы и их потомки должны быть не глупы.

— Две тысячи лет прошло по общему времени. За такое время они полностью деградировали.

— Всё возможно, но они нас не интересуют. Думаешь, этот паренёк из той партии?

— Скорее всего. Часть груза мы перехватили, но допускаю, что какая-то часть долетела. Аграфы нас тогда просто проигнорировали. Мы попытались надавить, но это бесполезно. Никто не захотел с ними связываться.