— А мой регат так сможет? Я же ещё в очереди стою…

— Без понятия. Пойдёмте, найдём, куда пластина упала.

Золотая пластина упала в грязь, но мы легко её обнаружили. Я поднял её и отнёс к снегу, чтобы очистить.

— Уцелела, — улыбнулся я и провёл пальцами по рунам.

— А удалось выяснить, как ей пользоваться? — поинтересовался Илья.

— Пока ни черта не понятно. Вот честно. Кроме того, что пластина должна висеть на регате.

— То есть, если её повесить на Зубастика, тот кто посылает сигнал, сможет перехватить управление?

— Без понятия, и, надеюсь, мы никогда не узнаем ответа на этот вопрос.

Я поднялся, держа тяжеленную пластину в руках.

Обернулся к поезду и на мгновение застыл. Все кадеты выбирались наружу и осматривались. А вдалеке раздался звук колёс.

Вот и помощь на подходе. Хах, как вовремя!

Голицына Диана вышла вперёд, словно предводитель всей огромной группы кадетов. И ребята направились ко мне.

Девушка остановилась в пяти шагах от меня и уставилась на Зубастика.

— Вот это мо-онстр! — восхищённо протянула она.

— Это наш спаситель, — кивнул я на Зубастика.

Ему нравилось подобное внимание. От людей регат получал гораздо больше отдачи, чем от любых своих сородичей. Всё же по факту он первый приручённый, хотя все и считают, что регат Воронцова второй. Но легенде недолго жить осталось.

Медальон на груди нагрелся. Он едва справлялся с нагрузкой, не позволяя кадетам узнать меня. Настоящего.

— Лёш, это ты наш спаситель, — впервые за всё время нашего недолгого знакомства девушка улыбнулась.

— Да, не представляю, как ты до всего этого додумался… Но это мощно! — согласился парень со шрамом на лице.

А за ним и большинство остальных кадетов. Лишь небольшая группа с надменными лицами осталась стоять у вагона.

На минуту я почувствовал себя настоящим героем. И это было чертовски приятно!

Да, ради этого стоило прожить вторую жизнь.

Кадеты окружили Зубастика, а он услужливо погасил своё пламя. Но не каждому давал до себя дотронуться. Хитрый монстр отдавал предпочтение красивым девушкам.

Внезапно из толпы вышел незнакомый парень и спросил:

— Лёх, а ты же приручил первого регата? Значит, ты помог Воронцову с этим монстром?

— Этого я сказать не могу. Всё, что связано с моим монстром, которого пришлось оставить на каникулы в училище, уже не только моя тайна, — уклончиво ответил я.

Но в этой фразе был явный намёк, что мы с Воронцовым связаны.

— Понял. Меня, кстати, зовут Роман. Из рода Меньшиковых.

Эта фамилия была мне хорошо знакома. Я всмотрелся в лицо парня и увидел явное сходство. Это был брат покойной Насти, или же близкий родственник.