Вечером, когда они сидели на камбузе, Зои тихо спросила у Моники:
— Вы… вы правда думаете, что там, в России, будет лучше?
Девушка вздохнула.
— Я не знаю, Зои. Я ничего не знаю. Но Джед верит, что это наш единственный шанс. А я… я верю Джеду.
Это хрупкое равновесие было взорвано через два дня, и детонатором стал не шторм и не нехватка припасов, а человеческая дерьмо, но не в буквальном смысле.
Вечером, когда большинство обитателей яхты уже разошлись по своим каютам, пятилетний Лео Олсен, мучимый жаждой, выскользнул из своей каюты и пошёл на камбуз за водой. Путь его пролегал мимо мастер-каюты, которую занимали Адамс и его спутницы. Дверь была неплотно прикрыта, и из щели лился тусклый свет и доносились странные звуки, хихиканье, влажные шлепки и ободряющие возгласы Адамса.
Детское любопытство взяло верх. Лео заглянул в щель. То, что он увидел, его маленький мозг не смог до конца осмыслить, но инстинктивно он понял, что это что-то очень плохое, неправильное.
В большой ванной комнате, дверь в которую была распахнута, под струями воды целовались и обнимались две обнажённые девушки, Ава и Лексли. Их тела блестели от воды и мыльной пены. А рядом, на краю огромной ванны-джакузи, сидел Дамиан Адамс. В одной руке он держал бутылку шампанского, из которой периодически отхлёбывал, а в другой, свой смартфон. Он снимал всё происходящее, отпуская пошлые, подбадривающие комментарии.
— Да, девочки, да! Вот так! Покажите мне страсть! Ава, укуси её за губу! Лексли, детка, не стесняйся! Это для моего личного архива… лучшего в мире! — Возьми её сиськи в рот!
Лео испуганно отшатнулся от двери и, забыв напрочь про воду, со всех ног бросился обратно в свою каюту. Он, недоумевая, рассказал обо всём, что видел, своей матери, когда та пришла. Впрочем, Сара и сама слышала странные звуки. Но. одно дело ребёнок, а совсем иное, взрослый человек.
Сара Олсен сначала пыталась, как это не удивительно, не поверить. Как это так, её маленький сын рассказывает о таких вещах! Но, увидев неподдельное удивление в глазах сына, да и вспомнив звуки, когда она проходила по коридору, она поняла, что это правда. Её лицо окаменело. Женщина уложила детей, а затем, дождавшись, когда Марк вернётся с вахты, рассказала ему.
Марк, обычно спокойный и рассудительный, побагровел от гнева. Оставить это так было нельзя. На борту находились его дети. Он решительно направился к каюте Адамса.
— Открой! — постучал он.
Дверь приоткрылась, и на пороге появился миллиардер, завёрнутый в шёлковый халат. От него разило алкоголем.
— Чего тебе, очкарик? Нарушаешь мой покой?