— Это будет сложно, сэр. Практически невозможно в наше время.
— Сделайте это возможным, Роберт, — отрезал Президент. — Для этого я вас и держу.
Он встал и подошёл медленно к окну, глядя на ночной Вашингтон. Огни города казались далёкими и нереальными.
— А пока… Пока мы ждём. Мы наблюдаем. И молимся, чтобы эта дрянь не начала расти быстрее.
Никто не понимал, что это такое. Откуда оно взялось и, самое главное, что с этим делать. Мир, каким они его знали, только что сделал резкий, пугающий крен в сторону Неизведанного. И это было только начало.
Глава 3
Глава 3
Солнце только-только начало опускаться к дальним холмам, окрашивая небо в нежно-розовые и золотистые тона, но эта красота казалась Джеду издевательской, фальшивой на фоне того, что происходило совсем рядом. Воздух был прохладным и чистым, пах полынью. Запахи, которые он вдыхал всю свою жизнь, которые были частью его самого. Но теперь к ним примешивался едва уловимый, но отчётливый привкус чего-то чуждого, металлического, и леденящий, неестественный холод, который, казалось, проникал в самые кости, несмотря на тёплую куртку.
Он медленно обошёл свой старый, но крепкий дом, построенный дедом, Илаем Стоуном, больше ста лет назад. Каждое бревно, каждая доска на крыльце, каждый покосившийся заборный столб, были ему хорошо знакомы, как линии на собственной ладони. Здесь он родился, здесь сделал первые шаги, здесь играл мальчишкой, прячась от старшего брата в густых зарослях сирени у крыльца. Сюда он привёл свою Мэри, здесь родился их ребёнок. Здесь он провожал сына в школу, а потом и во взрослую жизнь. Здесь он оплакивал Мэри, а потом и сына, Тома, не вернувшегося из проклятого Афганистана. Вся его жизнь, все его радости и горести, все его надежды и разочарования были вплетены в эту землю, в этот дом, как корни старого дерева.
Он нежно коснулся рукой выветренной, шершавой древесины стены.
— Прощай, старый друг, — прошептал он, и в горле встал горький ком. — Не думал я, что так придётся с тобой расставаться.
Он заглянул в окно кухни. Там, на столе, осталась недопитая чашка кофе, которую он поставил, когда приехали военные. На крючке у двери висела старая, соломенная шляпа Мэри, которую она всегда надевала, когда работала в саду. Мелочи, осколки прошлой, нормальной жизни, которая рухнула в одночасье.
«Старый хрыч, разнюнился, — мысленно оборвал он сам себя. — Не хватало еще слезы тут лить. И так тошно».
Брезентовый мешок, который он бросил в кузов пикапа, был почти пуст. Что можно взять с собой, когда уезжаешь из всей своей жизни? Смена белья, пара джинсов, тёплый свитер. Ящик с инструментами. Старые, верные молотки, пилы, гаечные ключи, которые служили ему верой и правдой много лет. Может, пригодятся где-нибудь, хотя он понятия не имел, где это «где-нибудь» будет и чем он там будет заниматься. Фермеру, оторванному от своей земли, трудно найти новое место под солнцем.