Мужчина внизу опустил голову. Плечи ссутулились. Он всё понял. Женщина тихо заплакала, прижимая к себе свёрток.
— Уходите, — уже тише, но не менее твёрдо сказал Джед. — Ищите помощи у военных. У них есть полевые кухни.
Он развернулся и пошёл обратно к рубке, не оборачиваясь. Моника подбежала к борту и, пока Джед не видел, мгновенно сбросила вниз несколько упаковок галет и запечатанную бутылку воды. Мужчина благодарно кивнул, быстро собрал всё и увёл свою семью прочь, растворяясь в серой толпе.
— Не делай так больше, — раздался за спиной девушки голос Джеда.
Он всё видел.
— В следующий раз я не буду таким вежливым. Жестоко, да. Но это единственный способ всем нам выжить. Точнее, протянуть оставшееся время.
Моника ничего не ответила, лишь крепче сжав кулаки. Она понимала его правоту умом, но сердце отказывалось принимать эту ледяную логику. Сара, утирая слёзы, увела Марка в каюту, подальше от пирса.
Старик прошёл в кают-компанию, которая служила им и столовой, и штабом. Плеснул себе в щербатый стакан на два пальца виски, трофей с той же «Сирены». Напиток обжёг горло. Всего месяц назад… Нет, уже почти полтора. Время текло странно, сжимаясь и растягиваясь. Полтора месяца назад он стоял на крыльце своей фермы в Монтане, вдыхая запах скошенной люцерны и горячей пыли. Он смотрел на свои поля, на коров, лениво бредущих к водопою. Простой, понятный, упорядоченный мир. Мир, который он считал вечным. Мир, который быстро умирал.
Он включил небольшой бортовой телевизор, который с трудом, сквозь помехи, ловил несколько местных каналов. Шли экстренные новости. Кадры, снятые с уцелевших геостационарных спутников и беспилотников-разведчиков, транслировали апокалипсис в прямом эфире. Вся Северная Америка, от ледяных берегов Аляски до джунглей Панамы, была скрыта под единой, сплошной, медленно клубящейся массой ядовито-фиолетового тумана с мерзкими зеленоватыми прожилками. Завеса. Она сожрала всё: США, Канаду, Мексику, страны Центральной Америки. Лишь острые шпили самых высоких небоскрёбов Манхэттена и Чикаго пронзали эту пелену, торча, как надгробия на могиле целой цивилизации.
Джед стиснул зубы, представляя тех, кто мог оказаться в ловушке на этих верхних этажах. Обречённые робинзоны в бетонных башнях, чей запас еды и воды таял с каждым часом, отмеряя время до медленной, мучительной смерти от голода и жажды.
Но самое страшное было в динамике. Анимированная карта показывала движение фронтов тумана. Один, гигантский, уже пересёк Атлантику, поглотив Исландию, и теперь его щупальца касались берегов Ирландии, Португалии и Западной Африки. Другой, не менее массивный, неумолимо полз через Тихий океан. Гавайи исчезли с карт три дня назад. Теперь целью были они. Здесь, на Дальнем Востоке. Бежать больше некуда. Финишная прямая человечества.