Ну а люди… Немногие знали про существование Других. Точнее те, кому это было положено. Рекламы не было — да и какой смысл? Если бы самая многочисленная раса — люди — узнала бы, что с ними рядом под человеческой личиной, точнее, в человеческой морфе живут идеальные хищники, то поднялся бы такой хаос, что мама не горюй. Поэтому Другие предпочитали прятаться среди людей. И существовало тайное административное деление Устьевска. Один самый многочисленный район был прибежищем упырей, второй — ведьм, ну а оборотни…
С ними было все сложно. Сначала они селились компактно, в небольшом пригородном городке Лупинск, который цензурно на сленге называли «Лупой» и «Дикой слободкой», а нецензурно — сами понимаете. Чтобы лишних там не было, о городке рядом с Устьевском пустили дурную славу, как об одном из самых криминогенных районов, где ночью, особенно в полнолуние, появляться не рекомендовалось.
На самом деле в таких слободках и районах компактного проживания Других преступность была не просто нулевой, она вообще отсутствовала в принципе. Другие не терпели присутствия слишком активных людей, и те немногие залетные братки, не знакомые с городом, просто исчезали. У Других была своя полиция, свой суд и свой приговор. Так вот, когда мир рухнул, и Лупинск с его раздольными для оборотней лесами внезапно оказался под монстрами за безопасной городской чертой, оборотням пришлось мигрировать в Устьевск, где им были, мягко говоря, не рады. Потому что все уже было поделено, захвачено, и не в их пользу — сами виноваты, нечего было любить по лесам и полям шастать. Не первобытное время, чай. Так что их оказались окраины со стороны родного Лупинска, в человеческом районе. И выделили им место проживания не просто так, а за службу. В случае прорыва монстров оборотни должны были стать первой линией обороны и постараться не пропустить их в город.
Судя по тому, что я смотрел сейчас в сети, пару раз им это удалось. И, похоже, они окончательно подмяли под себя этот окраинный район, откуда местные бежали, роняя кал — монстры же, прямо за околицей! Ну а песьи морды оказались рукастыми, выстроили не только прочный забор во весь район, но и начали понемногу застройку ранее пустовавших необжитых пустырей — у городской головы никогда не находилось на это денег. Точнее, их пилили раньше, чем они могли дойти по назначению. А что? До бога — высоко, до царя — далеко, мало ли что творится в одной из заштатных губерний?
Вот такой вот примерно расклад. Только за одним маленьким нюансом — до своей «отставки» с ножом в груди районом с упырями рулил я. Теперь же — гаденыш бета, купец Ивашкин. Получил, значит, от щедрот заговорщиков по всей Империи ярлык на княжение. При том, что три альфы из пятерых осели именно здесь, двое остальных — в САСШ и Европе.