— Вы так считаете? — зло сузил глаза Ивашкин.

— А вы нет? По законам Российской Империи вы совершили несколько преступлений. Заговор с целью убийства, похищение, незаконное лишение свободы, а теперь еще будет кража и мошенничество в особо крупных размерах.

— Пусть пойдет в имперский суд и докажет все то, что вы сказали. Если дойдет.

— Я об этом и говорю, — вздохнул Астафьев. — Он прав, а вы — нет. Я работаю на вас, поэтому и растолковываю очевидные вещи.

— Ой, все! — как девочка-истеричка вскинулся Ивашкин.

Ему была неприятна вся правда, которую изложил поверенный. Потому что он был прав, а Ивашкин со товарищи, точнее, хозяева — нет. По любой системе оценки. И граф имел полное право потребовать от него удовлетворения через дуэль. А состязаться с семисотлетним убийцей-альфа…

— Ладно, я подумаю, как можно удавить графа, не нарываясь на открытый конфликт.

— Надеюсь на ваше благоразумие, — кивнул Астафьев.

— У вас все? — посмотрел на него в упор купец.

— Да, удаляюсь-удаляюсь, — сказал поверенный, и вышел.

Ивашкин отхлебнул остывший чай и поморщился.

— Мишка, скотина, принеси мне горячего чаю! — заорал купец.

И никто не видел, как улыбался Астафьев, спускаясь по лестнице.

— Я вернулась! — Лами появилась передо мной, когда я уже забросил ноут и углубился в ее записи.

— Судя по тому, что у тебя вид кошки, сожравшей канарейку, ты удачно провела время, — бросил я взгляд поверх книжки.

— А то! — она выгнулась дугой, принимая такую соблазнительную позу, что у меня аж…

Ну короче, надо мне будет в Устьевске навестить пару знакомых дам, а то пять лет вынужденного воздержания…

— Правда, это были не канарейки, но это мелочи, продолжила Лами. — Даже лучше — ощипывать было не надо, достаточно было снять…

— Избавь меня от таких подробностей! — строго сказал я. — Меня не интересует что и у кого ты высосала.

— Фи, какой ты грубый! Ну подумаешь, немного попиталась. И, кстати, даже про тебя не забыла, — она подвинула медицинский контейнер. — Заскочила в одну больничку, немного облегчила их банк крови… Взяла твою любимую, четвертую отрицательную. Резус-нулевой не было, увы.

— Еще бы она была здесь, — хмыкнул я. — Один на шесть миллионов, а в Устьевске и близко столько не наберется. Спасибо!

— Ешь на здоровье! — она кинула мне пакет с кровью. — Свежая, без консервантов.

— Еще раз спасибо!

— Ладно. Я пошла, — она повернулась и шатающейся походкой принялась спускаться по лестнице.

Не знаю, может ли демон физически что-то себе натереть, но, судя по ней, вечер она провела очень весело. С пользой для суккубского здоровья. Истосковалась за пять лет… Надеюсь, полицейские сюда не припрутся. А то она и их выпьет, вот незадача выйдет…