— Прикрой, лента кончилась! — крикнула она.
Я взял на прицел пригорок, и как только оттуда поднялась голова, выстрелил. Все, никого.
— Похоже, все! — крикнул я ей.
— Сейчас проверю! — сказала она и исчезла, чтобы появиться у фуры.
Прыг-скок, прыг-скок — так она перемещалась по полю боя, то срываясь в нижние миры, то появляясь вновь. Наконец допрыгала и до меня.
— Чисто! — сказала она. — Езжай к нам, я пока начну разбираться.
Я подогнал пикап.
— Ну что тут у нас?
— Ничего хорошего, — сказала Лами, выпрыгнув из фуры. — Стандартный набор. Крабоук, лягуар и еще один когтехват. Наших тварей нет.
— А эти?
— Дрессировке не поддаются. Так что, — она провела когтем по горлу.
— Понятно, — кивнул я. — Добивать?
— Я сама, — она взяла у меня скимитар из-за плеч. — Ты пока мародеркой займись, трофеи сними, какие понадобятся. Я потом присоединюсь.
И она опять прыгнула в фуру, упокоить тварей, которые нам не подходили.
Я пожал плечами и начал обыск. Когда Лами появилась около меня, я уже обшмонал всех присутствующих. Немного денег, оружие, смарты, амуниция… Ничего стоящего, ну кроме денег, конечно. Или неприметного, чтобы можно прихватить на будущее.
— Все. Мир их праху, теперь не будут кошмарить путников. Или их, — она вытерла меч о рубашку одного из мертвецов. — Ну что, есть что путное?
Я показал на кусок брезента, куда сложил все найденное.
— Мусор, — грустно констатировала Ламия.
— Только что артефакты, — я показал на приметные горбы на машинах.
— Заберем, — сказала Лами. — Но только два. А из третьего я кое-что сделаю…
— И почему я напрягаюсь, когда ты это говоришь?
— Потому что ты меня знаешь, — ухмыльнулась она.
— Ага, мадам знает толк в извращениях.
— Ты не представляешь себе, насколько, — ухмыльнулась она. — Снимай артефакты, а я пока фэн-шуем займусь. Надо же изобразить тут сцену схватки не поделивших ништяки команд?
— Ага, давай, — я полез в кузов трофейного пикапа.
— Можешь подать мне тела, — сказала Лами. — Я — девочка хрупкая…
— Старая песня, — ухмыльнулся я. — Знаю, знаю. Слона на ходу остановишь и хобот ему оторвешь. А в остальном — хрупкая, да…
— Фу таким быть! — прокомментировала она и вытащила за ноги одного из покойников.
Я взял аккумуляторную болгарку и начал опиливать крышу «Лесснера», снимая артефакт. Потом дома окультурю.
Когда я закончил спиливать второй, Лами уже расставила сцену.
— Ну что, похоже? — спросила она, критически оглядывая инсталляцию.
— Вроде да, — сказал я. — Талант.
— Вот, — насупилась она. — А ты мне тогда кукольный домик не купил.
— Ты уже взрослая девочка.
— С тобой приходится, — вздохнула она. — Ладно, давай грузиться.