– Идете?
Я позволила себе недоверчиво хмыкнуть, надеясь, что никто из моих новых коллег не увидит, на чем я приеду.
– Это суперстранно.
– Просто садитесь, – холодно повторил Каллум.
Чтобы не опоздать в первый и, возможно, самый важный рабочий день на новом месте, можно и в труповозку сесть. Пока не передумала, я со стоном запрыгнула на пассажирское место.
Боже, что скажет Сьело, когда я верну телефон и обо всем ей расскажу?
– Куда?
– На студию «КинетиКолор».
Место Каллуму было незнакомо, но он быстро нашел его на гугл-картах.
Мы проехали несколько кварталов, но пульс скакал и клаустрофобия не отступала. Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и, к сожалению, вдохнула искусственный запах освежителя. Или это был застоявшийся формальдегид? Мне больше по душе аромат пинаколады в моем стареньком «Фольксвагене». Сердце болезненно сжалось, когда я вспомнила подарок Риза – наклейку с надписью «Бить бордюры – нормально». Он прилепил ее немного криво – так похоже на его улыбку. Муж всегда поддразнивал меня из-за привязанности к развалюшке. Скучать по машине, на которой я колесила по Остину, было гораздо легче, чем скучать по Ризу. Гораздо безопаснее отвлечься на тоску по моей «Лоретте», если я не хочу, чтобы тушь снова растеклась.
Выяснилось, водительские права в Ирландии – удовольствие не дешевое, к тому же ограниченное по времени. Могли пройти месяцы, прежде чем меня, нового иммигранта, допустили бы до экзамена. Начальник заверил, что общественный транспорт в Голуэе хорошо развит. Хотя, если подумать, сомневаюсь, что мистер Салливан хоть раз ездил на автобусе.
– Новая работа? – Вопрос Каллума вернул меня в действительность. Никаких мыслей о прошлом, сегодня только свежие начала.
– Да, я арт-директор на студии анимации.
Он бросил на меня удивленный взгляд.
– Мультики рисуете?
– Угу. Меня взяли в команду работать над новым проектом.
– Я мог видеть что-нибудь из вашего?
– Самый крупный проект – стриминговый релиз про изгоя-четвероклашку. «Шнурок». – Я не замолкала ни на минуту, перечисляя свои небольшие работы, в надежде, что болтовня отвлечет меня от мыслей о том, сколько тел перевез этот катафалк. Скольким трагедиям он был свидетель. Молчун не сводил глаз с узких улочек.
– Через полчаса я защищаю концепт-проект перед ведущими дизайнерами. Я с ними даже не знакома.
Каллум поморщился. Четко, почти на автомате, он плавно повернул направо.
– Нервничаете, да?
Я красноречиво хихикнула. Ничто так не успокаивает, как спонтанная поездка в карете смерти.
– Чуть-чуть. Мы работаем над прекрасным, ирландским по духу сценарием. Невероятно важно задать правильный тон для визуала.