Соседнее здание в георгианском стиле увивал плющ. Его двор затеняли изящные ивы. Ничего зловещего. Возможно, владельцу мешки срочно понадобились в качестве реквизита для спектакля или студенческого фильма. Это мой шанс завести здесь друга. Друга, которыйточно не был серийным убийцей. В Ирландии я не знала ни души, не считая руководства и специалистов по подбору персонала на своей новой работе. Я даже пыталась флиртовать с курьером – теперь понимаю: он поэтому и перепутал посылки. Мне стоило познакомиться с соседом, пока не разыгралось воображение. Господи, да этот город не раз был признан самым дружелюбным!
Ноябрьская прохлада вынудила меня нырнуть в любимые ковбойские сапоги и джемпер. Меня разбирало любопытство, пока я шла к отелю с коробкой под мышкой.
Стойка администратора пустовала. От холла веяло мрачной энергетикой, хоть он и выглядел традиционно и по-домашнему уютно. По всей видимости, управляла этим маленьким бизнесом какая-нибудь почтенная старушка, вяжущая салфетки. Увы, лучшими подружками мы не станем. На столе сверкал, словно ртуть, круглый серебряный звонок для вызова персонала. Стоило хлопнуть по нему, как холл наполнил приятный звон.
Nada .
– Здравствуйте?
Я чувствовала себя той самой героиней ужастика, которая кричит в темноту вместо того, чтобы удирать со всех ног.
Радуясь, что не наткнулась на убийцу, я оставила посылку на стойке. Но не успела я сбежать, как из полумрака раздался глубокий голос.
Глава 2. Каллум
Рот покойной был широко открыт, словно у оперной дивы, чья партия оборвалась на середине ноты. Протащив иглу сквозь носовую перегородку миссис Мерфи, я вонзил изогнутую нержавеющую сталь в ее правую ноздрю, прежде чем проколоть нёбо. Обвил нить вокруг нижней челюсти, вывел иглу наверх и затянул петлю. Аккуратно потянув нить, сомкнул ей губы, завязал узелок и спрятал его в ноздрю. Вот. Так намного лучше.
Печально. Тридцать четыре, моя ровесница. Ни мужа, ни детей. Организацию похорон взяли на себя дальние родственники. Миссис Мерфи уволили за прогул, не разобравшись, в чем дело, когда она не вышла на работу, подавившись оливковой косточкой. Спустя двенадцать дней ее сосед пожаловался на запах. И мое отсутствие заметит разве что пара-тройка сотрудников.
В гостевом холле звякнул колокольчик, и робкий женский голос позвал: «Здравствуйте?»
Случайные клиенты заглядывали редко. Сейчас семь вечера. В рабочее время посетителей приветствовала Дирдра, пошагово объясняла весь процесс похорон, одновременно оценивая возможность раскрутить клиентов на гроб из красного дерева или бронзы. Сам я в таких делах не силен.