сзади, заставив вздрогнуть. Проводит своими пальцами между ног и убеждается в том, что у
меня там до сих пор потоп… Я даже дрожать начинаю, когда он касается той самой точки. И
громко протяжно всхлипываю. – Ты мокрая с ночи… Расслабься, ладно…
– А ты ненасытный…
– С такой девушкой разве можно насытиться? О чём ты вообще? Ты бы себя сзади видела… –
слышу звуки упаковки презерватива и чувствую, как быстро он оказывается на нём… а потом и во
мне…
Издав стон, пытаюсь принять, потому что хоть и мокрая, как он выразился, но стенки всё ещё
дрожат, стоит ему напомнить о себе…
– Малыш мой… Мелка… Больно?
– Нет, блондинчик, замолчи уже… Просто… – провожу ладонью по его губам, мазнув пальцами.
– Что просто? – шепчет на ухо, обхватив меня за шею спереди и облизывает всё до самого уха.
– Просто трахать тебя, да?
– М… Да…
Не знаю, что с нами происходит такое. Наверное, вот и название тому… Какая-то животная
сумасшедшая страсть. Я буквально ощущаю, как нас двоих рядом друг с другом штормит. Никогда
бы не подумала, что тело способно так реагировать на другого человека. Но у меня с ним с
самого начала что-то было не так. Я ощущала искры, которым не давала разжечься. Сейчас же…
Горим. Оба…
– Моя сладкая… Пиздец мне с тобой хорошо.
– А мне с тобой… Назар… Сильнее сожми…
– Боюсь больно сделать.
– Не бойся… Просто бери.
Чувствую, как его руки сильнее смыкаются на моей коже. То на заднице, то на бёдрах… То на
груди… Даже шее… И мне это так нравится. Словно я ему принадлежу. Никогда не хотела, а
сейчас хочу.
Прогибаться под ним. Быть для него самым важным. Единственным. Самым нужным. Чтобы брал как
хотел и любил.
Дыхание сбивается. Ритм его толчков усиливается. Мы издаём такие звуки, от которых ещё
сильнее возбуждаемся. Причём оба… Его рука зарывается между моих ног. И помимо чувственной
долбёжки, которая кажется, выбивает из меня последние остатки кислорода, я ощущаю, как меня
накрывает эйфорическими спазмами внизу… По затылку пролетают искорки. Стискиваю его руку на
своей груди, млею и трусь о его подбородок затылком, ощущая как волосы цепляются за грубую
щетину. Ёрзаю, пока сладкая истома в животе затихает… И он сильнее давит меня к себе, громко
и шумно дыша на всю комнату.
– Доброе утро…
– Доброе, – улыбаюсь запыхавшимся голосом. Хотя для меня оно не просто доброе. Оно
необыкновенное. Самое лучшее утро на свете. Которое ещё вчера казалось мне невозможным.
– Ну как?
– Замурчательно…
– М… Я рад… Всегда бы так просыпался, – целует меня в плечо и прихватывает за подборок,
поворачивая к себе лицом. Сталкивается в поцелуе с губами. Касается носом моего. Нюхает…