главная на этом поле. Мне бы взять с неё пример. Потому что я тоже хочу быть уверенным в
себе на сто процентов. Если не во время игры в футбол, так во время войны с отцом.
Мяч мчится по покрытию, и каждый удар бутс словно гром среди ясного неба. Детвора вокруг
нас гудит, подбадривая и смеясь, подсказывая и споря, как будто на кону не просто победа, а
вся честь их улицы. Хотя для Мира и парней, наверное, так и есть. Это мы уже взрослые… Я и
забыл, когда для меня мячик значил больше, чем что-либо другое… Это во взрослой жизни
кажется, что нет ничего важнее бумажек. Но не для всех, конечно… Ведь я смотрю на Мелу и
понимаю, что для меня она намного-намного важнее…
Она ловко обводит соперника, её ноги двигаются легко и быстро, будто она танцует, а не
гоняется за мячом. В этот миг я, как всегда, чувствую прилив гордости – рядом со мной не
просто игрок, она как ветер. Такая же быстрая, ловкая, целеустремлённая. Порой готовая
снести всё на своём пути.
Секундная передача мне возле ворот оппонентов и…
Гол…
Ессс…
– Один-ноль, – язвительно бросаю её однокласснику, пока он пыхтит от негодования, будто
буйвол в загоне. То-то же, ублюдок… Будешь знать, как связываться.
Даю пять зайчонку и всем своим по возвращению на позицию.
– Так держать, блондинчик, – подмигивает мне Амелия, ухмыляясь. А я снова пялюсь на её
задницу… Даже в такой ситуации, когда у меня не должно срывать крышу из-за секса, всё равно
о нём думаю… Потому что с ней невозможно удержаться. Слишком охрененная… Во всех отношениях.
Второй гол чисто её. Без какой-либо помощи.
– Ну, Вова… Не обижайся, – смеётся, убегая на свою сторону поля.
– Соберитесь, защитники, блин! Вы чё как мямли сегодня!? – орёт он на своих, пока мы
переглядываемся.
Взрыв смеха, крики и топот делают воздух вязким от энергии, и кажется, что именно здесь, на
этом маленьком поле под открытым небом, рождается что-то большее.
После первого тайма один гол нам всё же прилетает.
Но мы один хрен побеждаем со счётом три-один, и это воодушевляет на дальнейшую победу.
Причём всех нас.
– Ты – молодец…
– Ты тоже, бомбардир.
– Ой, всё! Хватит сюсюкаться! – ворчит Глебыч, закатывая глаза.
– А ты не ревнуй… – толкает его в плечо Мела и смеётся. Вот мелкий, а. Достал уже
выделываться.
Притягиваю свою женщину за талию и смачно целую в щёку.
– Моя, – рычу ей в ухо.
– И ты туда же, – выдыхает, качая головой. – Всё, настройтесь, ребят… Осталась ерунда и…
– Слышь, Владимир! – неожиданно слышим чьи-то левые голоса со стороны и настороженно
смотрим туда. – Сюда иди!
– Чё за хуйня… – спрашиваю у Мелки, глядя на то, как её одноклассник тушуется, но всё же