твой отец… – просит неожиданно, и я как-то сама неосознанно улыбаюсь, думая о нём.
– Ты хочешь знать?
– Да…
– Ну, он… Высокий. Кареглазый. Темноволосовый… Мне кажется, я внешне на него похожа…
– А в целом?
– В целом… Он совсем не такой, каким я его представляла… Заботливый… Любит дисциплину, но…
Он ни разу не повысил на меня голос…
– Ещё бы… – фыркает он в ответ, вынуждая хмыкнуть. Просто защищает меня, как обычно.
– Ну… Всякое бывает…
– Нифига. После того, сколько его не было в твоей жизни, он обязан носить тебя на руках…
– Вовсе нет, – нервно смеюсь, отрицая, но он снова настаивает на своём.
– Да. Обязан… Я бы носил.
– Мне нравится, что ты говоришь так… Но он не виноват в том, что мы не виделись. Меня
увезли. Обо мне он не знал… Узнал позже, а возможности узнать меня ему просто не дали. Ни
мама, ни тётя…
– Интересно почему, да?
– Порой я боюсь узнать правду… – отвечаю с грустью, потому что опасаюсь, что окажется,
будто мама намеренно его меня лишила. А я не хочу злиться на воспоминания о ней. Я не хочу
терять тот светлый образ, что хранится у меня перед глазами. Ведь я её безумно любила. Без
каких-либо подтекстов.
Чувствую, как Назар запускает пальцы в мои волосы, целует в висок, а я почти мурчу и
прикрываю глаза.
– Даже болезненная она порой намного лучше лжи, согласись?
– Наверное…
– Мел… Я всегда рядом с тобой. И всегда поддержу тебя…
– Я знаю. За это я тебя и обожаю.
– Только за это? Я думал, за мой прекрасный пресс… – угорает он, и я провожу по нему
ладонью.
– Он и вправду прекрасный… – чувствую каждый рельеф и обвожу его подушечкой указательного
пальца. Будто вырисовываю контура его мышц.
Целую, вжимаясь носом в литую плоть. А потом снова и снова. И на каждом таком поцелуе он
прикрывает веки и издаёт чисто мужские приглушенные стоны.
Не знаю даже, как у нас всё происходит. Но мы будто чувствуем желания друг друга и сейчас…
Я опускаюсь с поцелуями ниже… Он ни слова не говорит. Просто топит меня в своей похоти,
наблюдая за тем, как я пытаюсь освободить его от ненужного лоскута одежды.
Член тут же отскакивает, высвобождаясь от резинки и ждёт меня, глядя на нас с его
обладателем со стороны… Будто тоже имеет взгляд и выражение лица. Я вижу, что он жаждет
оказаться внутри меня. И не важно где… Главное, сейчас.
Губы касаются самой притягательной части. Стоит ладони сдвинуть крайнюю плоть и освободить
налитую головку… Как я сама дико возбуждаюсь, проводя по ней языком и снимая с него вкус.
Боже… Как же приятно это делать.
Не умею ничего, да и пофиг. Кто сейчас об этом думает? Назар явно нет. У него в глазах