возмущаться, – завожу разговор, когда мы проходим в выделенную нам комнату. Я всегда ночую в этой спальне, когда прилетаю в Россию и остаюсь у Амировых. Так что, по сути, мы просто подселяем Марго в мою комнату. – В этом нет смысла, – вздыхает она и садится на постель. – Во-первых, я еще ни разу тебя не переспорила. Во-вторых, я все равно боюсь спать одна, поэтому пришла бы к тебе. Гораздо логичнее сразу лечь вместе, – пожимает она плечами. – Ты просишь всегда вернуть Рафа, когда я говорю что-то логичное и человеческое. Верни Марго, а? Скажи что-то такое, как раньше. Она молчит. Но вдруг поднимает на меня взгляд и смотрит так пронзительно, словно до этой секунды вообще не понимала, что потеряла себя. – Предупреждаю, если ты начнешь ко мне приставать, я оторву тебе твои причиндалы. У меня критические дни во всех смыслах этого слова, я не готова к сексу. – Принято, – усмехаюсь, с трудом слушая эту крошечную попытку уколоть меня, как раньше. – Что-нибудь хочешь? – Я… схожу в душ пока, потом приду в гостиную. Я в порядке. Сейчас правда. – Хорошо, Зефирка. Там Яна с Андреасом приехать должны, пойду поздороваюсь. Спускайся, как решишься. Она кивает мне, и я оставляю ее наедине с самой собой на несколько минут. С удовольствием потащился бы за ней в душ, но это все вообще никак не вяжется в нашу ситуацию. Поэтому… иду вниз. Yamore – Забирай Здороваюсь с друзьями, тискаю детвору, а потом выхожу на задний двор и встречаю там Андреаса. Один из лучших моих друзей! Мы были неразлейвода, пока он не переехал в Россию к своей уже супруге. Теперь видимся крайне редко. Ну когда я не катаюсь в Москву по несколько раз в месяц, чтобы утешить девушку, конечно. Разговор клеится сразу же, но, конечно, все строится вокруг Маргариты. Все волнуются о ней, Зефирка пережила сильное потрясение, каждый хочет помочь, но боится лезть в душу и не в свое дело. – Ты прилетел из Испании сюда первым же рейсом, когда узнал, что ей плохо, но пару недель назад у нашей с Яной студии упорно доказывал мне, что не влюблен в нее, – ухмыляется Андреас. Вот в такие моменты бесит, если честно. Не такой уж он мне и друг. Как выясняется. – Я и не был влюблен тогда. – А сейчас? – А сейчас я ни хрена не знаю, веришь? Не могу оставить ее одну, не могу не думать о ней, не могу не хотеть облегчить ее боль. Но я, как сопляк какой-то, всегда ищу подвох. Мне, может, к психологу сходить? – Подвох какой? Ты, к сожалению, слишком сильно любил Ану. Так, что та ситуация до сих пор не дает тебе покоя. И тут он прав. Я на