'Они что, на это же попали? — догадался Сеня. — Тогда понятно почему у Юи была такая ох… мда… офигевшая физиономия.
…А кастелян не прост!
Неприятности и Расклады
Внутренний двор школы оказался уже заполненным праздношатающейся публикой. В глазах рябило от нарядов знати и прочих Очень Главных Шишек, сопровождавших своих чад и желающих посмотреть на церемонию поступления. Только поступающие ученики выделялись строгой и одинаковой формой.
Хоть учёба здесь — всего-то, в переводе на земные — два года, но отправляли сюда как на необходимый трамплин перед поступлением в Имперскую Академию. Успехи здесь, определяли то, в какую категорию и какой поток в будущем детки попадут на обучение там, в столице. Так что и среди поступавших, и среди взрослых, сопровождающих поступавших, наблюдался некоторый мандраж.
Собственно как и ожидалось, вся толпа кучковалась по двум неравным по величине компаниям. Бароны и их детки — отдельно «от всяких прочих». Что, собственно, не удивительно. Большая толпа поглядывала на знать настороженно. Знать, старалась держаться несколько развязно, но в этом им мешали страхи, что знаменовали уже установленный посреди двора Определитель Силы. Он находился под стильной крышей расписного шатра у которого временно прицепили стенки к четырём столбам, на которых он был подвешен. Зная, сколько в этом обществе завязано на «Уровни» — мандраж не удивителен. Даже Сеня, которому со всеми его двумястами все эти определения были сугубо пошарабану, слегка напрягся.
А напрягся, потому, что определитель был знаком. Такой же, (точнее «почти»), притаскивал дед в памятный первый день Сениного попадалова. И что-то он там такое говорил… про особенности этого школьного, что его постоянно крючило от смеха. Сеня забыл.
Попытался вспомнить. Почесал в затылке.
Посмотрел на разноцветные облака, где голубизны убавилось, но сильно прибавилось розового, от чего все небеса приобрели противный гламурный «стиль», который Сеня сильно не любил.
Да. Были прецеденты. Сталкивался как с дамочками, так и парнями. Ясно дело на Земле. И каждый раз гламурьё, независимо от пола, умудрялось его выбесить буквально с первых же слов общения. Как томным голосом, так и содержанием «базара». Даже если томности в голосе не было, но тупизной все доставали до самой печени.
Сеня скривился, но от размышлений его отвлёк мощный хлопок по плечу.
От неожиданности чуть не свалился.
— И как тебе здесь, славный отрок рода Шохоу⁈
Опс! Это барон Го.
— Я вас тоже приветствую господин барон Го. — восстановив равновесие поприветствовал Сеня. — И какими судьбами здесь?