— Хм! Значит… Асен!
— Что, этот самый Асен так назвал?
— Значит, Асен был из твоего мира. И это очень хорошо!
— Это почему? — тут же насторожился Сеня, так как бабушка слишком уж хищно смерила Сеню взглядом.
— Прочитаешь нам то, что он написал. А то он имел привычку, что-то серьёзное обязательно писать на своём языке.
— Болгарском?
— Э-э… Да! — чуть замявшись сказала бабушка.
«Так, Сеня! Ты нашёл на свою жопу лишнюю работу. Ведь болгарский ты знаешь ни чуть не лучше, чем любой другой язык». — подумал Шохов, кляня длинный язык и любовь к приколам и подколам как свою личную, тщательно сдерживаемую, так и своего дубль-эго — Сина. Скорее всего именно хамовитость Сина его и сорвала, развязав язык и заставив брякнуть то, про что стоило бы умолчать. И хорошо, если те писули разборчивы и написаны именно на болгарском, а не на английском, который он всегда знал на уровне «Моя-твоя понимайт плёхо!».
Дальнейшему выяснению деталей помешали Грейраты, вошедшие в сопровождении двух тележек, наполненных тарелками.
Молча подойдя к большому столу, оба весьма ловко и быстро разложили столовые приборы, блюда и наполнили тарелки. Как обратил внимание Сеня, комплектов было ровно пять. Значит, слуги обедали вместе с хозяевами.
«Или тут порядки с обычаями сильно отличаются от таковых на Земле, или эти двое не просто так, имеют некие заслуги и звания». — подумал Сеня.
Кстати зоркая бабушка заметила, что деда покорёжило на «хи-хи», когда Сеня упоминал мангу. Та бросила на деда весьма хорошо читаемый взгляд: «Надо переспросить и выяснить что…».
Теперь уже у Сени возникла проблема сдержать ржач. Он представил как дед будет пересказывать то, что узнал от Сени, причём стараясь не затронуть некоторые «опасные» темы.
Обед прошёл в молчании. Причём, что характерно, разные добавки или салаты, приходилось накладывать самостоятельно. Грейраты не помогали, ограничившись первоначальным распределением блюд по тарелкам. И далее поступали также как и вся семейка Сина. Единственное отличие, — перед чаепитием, собирал и увозил использованную посуду именно Бари. Лола осталась разливать чай по чашкам. Всё-таки некое разделение труда и субординация наличествовали.
Сеня сделал конкретный вывод: Грейраты имеют статус почти что членов семьи.
Собственно ничего особенного в этот день больше не случилось.
Сеню отвели в его комнату. Кстати маленькую, где только и хватало места на узенькую кровать и небольшой столик. Ему стоило только прилечь, как отрубился.
Проснулся он только на следующий день утром.
Зеленое утро
Ранняя побудка осуществлена была всё тем же Бари Грейратом. Сеня как-то подспудно надеялся, что его, после тяжёлой болезни слишком гонять не будут. А вот не тут-то было!