— Это не тебе решать, — ответил Симба резко, и даже зло.

— Сема, я же за неё волнуюсь.

— Хрен там, — Симба уставился на меня, — Ты за себя волнуешься. Боишься, что нас стало слишком много, и завтра ты не вывезешь? Решил лишить нас преимущества? Живого символа?

— Симба, угомонись — я попытался успокоить его, — Ты ведь знаешь, что эта игра опасная. Оно того стоит?

— А что, можно только за тебя играть? Против ни-ни? — Симба встал и начал ходить по комнате, — Хрен ты угадал, Таргитай. Настя будет играть. И мы втопчем ваш дом Смерти и все остальные дома в брусчатку

В этот момент дверь на кухню скрипнула. Скуратова вела Настю, накинув на нее свой темный пиджак и аккуратно придерживая за плечи.

— Что с ней? — первым спросил Симба

— Нервный срыв, — рассеяно ответила Скуратова. — ничего страшного, но ей лучше поехать со мной.

— Ей можно снова в игру? — уточнил я.

— Нет, не советую, — Скуратова задумалась, — главное сейчас, это отдых.

— Вы сговорились! — раненым медведем заорал Симба, — Ты нарочно привел этого "психолога", чтобы вывести нас из игры!

— Не доверяете моей компетентности? — холодно проговорила Скуратова, — Смотрите, не забывайтесь, Семён. Вы ведь знаете, кто я.

Симба скрипнул зубами, и замолчал. Спор вышел в мою пользу, хотя отношения с другом испорчены. Теперь уже всерьез он считает, что я веду нечестную игру. Это не просто конкуренция, это обида и это принцип.

Я вышел вместе с Ириной и закутанной в теплую куртку Бисквитиком, и услышал, как Симба шарахнул входной дверью у нас за спиной.

— Тебя подвезти? — спросила Ирина.

Я посмотрел, как метель закручивает белые смерчики на сугробах и кивком согласился. Её кайен легко пробирался через сугробы отвратительно вычищенного двора. Настя легла на заднем сиденьи, и, кажется, она уснула.

Куда ехать, домой или к Марине? Будить родителей не хотелось, а рекламщица наверняка закатит скандал, подумал я и назвал Маринин адрес. Её сцены ревности с недавних пор меня абсолютно перестали пугать.

Я ждал, что Ирина начнет выпытывать что-нибудь по дороге, но она включила погромче музыку, какой-то джаз, и за всю дорого не проронила ни слова.

Зато когда мы припарковались у Марининого дома, от её подъезда к машине рванула серая тень.

— Ах ты сучка! — закричала Марина, открывая рывком дверь на водительском месте, — Я тебе покажу, как мужиков уводить! Я тебя, дрянь, насквозь вижу…

— Марина, вы заблуждаетесь, — облила её ледяным презрением Скуратова, — Но если хотите, можем завтра продолжить разговор в моём кабинете.

Марина словно наткнулась на бегу лбом об стену.