Эти ощущения были настолько яркими и глубокими, что превосходили всё то, что она испытала во время получения контракта Огня так же, как озеро превосходит колодец. Лиза настолько глубоко прониклась этим опытом, что едва не растворилась в этом бескрайнем море пламени, по-настоящему ощутив себя искрой обжигающе горячего пламени. Но вдруг странное чувство заставило её вынырнуть из огня, почувствовать жуткую боль и жар в груди: чья-то прохладная ладонь коснулась плеча, и где-то близко, над самым ухом, до боли знакомый голос прошептал: “Поздравляю”.

Лиза могла поклясться, что в то мгновение чувствовала словно Эдван был где-то рядом с ней, стоял за спиной, поддерживая. Верила, что только благодаря этому странному видению она сумела вернуться из моря огня и завершить прорыв. Вместо печати контракта на сосуде, прямо на её первом ядре проявился странный, незнакомый девушке рисунок, который даже выглядел куда более древним, чем печать контракта. Само ядро в этот же миг сменило свой цвет на сине-зелёный. Вот только, обернувшись, она не увидела за спиной никого. Пещера была пустой, только лужа растаявшего льда составляла ей компанию в этом месте.

Открыв глаза, Лиза вынырнула из воспоминаний и, улыбнувшись, посмотрела вдаль, на горизонт. С того самого момента, как девушка услышала голос Эдвана, пусть даже в своём воображении, она крепко уверилась в том, что он жив. Последние её сомнения и страхи в отношении Лаута попросту сгорели во время восхождения на вторую ступень.

- Не смей умирать, Эдван, — прошептала девушка, глядя на сизый горный кряж, что проступал вдалеке над верхушками сосен.

***

Эдван беспокойно заворочался в углу клетки. Пробормотав что-то себе под нос, он неловко повернулся и, зацепившись колодками за прутья, рухнул на пол под громкий звон цепей. Резко проснувшись, парень диким взглядом окинул клетку и, потратив несколько мгновений на то, чтобы сообразить, где вообще находится, тут же поднялся на ноги и быстро вернулся в угол, подальше от сокамерников и их когтей. Возня Эдвана не осталась незамеченной, в соседних клетках недовольно заворочались звери, и даже Мао, сонно приоткрыв один глаз, пробурчал что-то про мерзких человеков, которые не могут и часа тихо посидеть. Только погружённый в медитацию Самир не обратил на шум никакого внимания. Или сделал вид, что не обратил.

Зябко поёжившись, Эдван шумно втянул носом холодный воздух пещеры и широко зевнул, прокручивая в голове недавний сон, который казался ему невероятно странным и одновременно до жути реалистичным. В нём он видел Лизу, которая с упорством шрии зачем-то пыталась прыгнуть в какой-то жуткий разлом, заполненный жидким пламенем, а он, с не меньшим упорством её спасал, несмотря на чудовищный жар и обуглившиеся волосы. Постоянно хватал её за плечо, тормозил на самом краю пропасти и не позволял упасть. Зачем они это делали, почему, он толком не понял. Просто в какой-то момент девушка прекратила попытки самоубийства, пропасть куда-то пропала, а Лаут навернулся на пол и проснулся…