В отличие от них, ушедшая на разведку места троица не могла позволить себе так осторожничать, скорее, наоборот. Прекрасно зная характер своего принца, который вполне мог за излишнюю нерасторопность отправить провинившихся на штурм первого попавшегося вражеского поста или поселения, они стремились как можно быстрее добраться до вершины, стараясь лишь не сильно шуметь. Заслужить сомнительную привилегию первыми сразиться с тварями, посмевшими объявить войну всему обезьянему племени ни один из троицы, почему-то, не хотел. И это несмотря на то, что каждый из них искренне считал любых представителей другого вида существами мерзкими и недостойными даже сострадания.

Через полчаса пути они, наконец, добрались до вершины холма. Поиск места силы не занял слишком много времени, довольно большой вход в пещеру сразу же бросался в глаза, в основном благодаря горе толстых еловых веток на куче подтаявшего, мокрого снега, закрывающей вход. Возможно, зимой такая преграда неплохо справлялась с маскировкой, но сейчас, когда снег растаял… она просто кричала о том, что здесь что-то есть.

— Выглядит обжито, — сказал самый молодой из них, видя, как задумчиво его товарищи осматривают сваленные ветки у зева пещеры, — что, если враги устроили там привал?

— Не устроил, — ответил ему широкоплечий воин с мутными глазами, — снег старый, видно, свален давно. Думаю, зверь ещё не вышел с зимовки… а то и вовсе покинул логово. Это наш шанс.

Перехватив поудобнее копьё, он встал сбоку от входа так, чтобы можно было мгновенно атаковать любого, кто оттуда покажется, жестом приказал товарищам расчищать путь. Молодой фоцианин скривился, однако всё же подошёл поближе и, поддев оружием одну из самых толстых веток, одним резким движением отбросил её в сторону, разбросав по округе клочья грязного снега. С хрустом и шелестом часть преграды была разобрана. Несколько долгих мгновений фоциане вглядывались в тёмный провал пещеры прежде, чем самый младший из них, наконец, осмелился туда войти. Дождавшись сигнала о том, что вход безопасен, оставленный за главного воин толкнул вперёд себя товарища и, внимательно оглядев окрестности, последним вошёл в пещеру.

Первым, что фоциане почувствовали внутри, был пробирающий до костей холод и давление атры. Не настолько сильное, чтобы от него закружилась голова, но всё же достаточное, чтобы создать на несколько мгновений лёгкий дискомфорт с непривычки. Словно иной воздух. Миновав источник, они приступили к осмотру пещеры, с величайшей осторожностью продвигаясь всё дальше и дальше вглубь тоннеля. Чем ниже они спускались, тем холоднее становился воздух, и тем больше камней атры украшало каменные своды. Давление энергии постепенно росло. Через несколько мучительно долгих минут спуска вглубь холма они, наконец, добрались до просторного каменного зала и напряженно застыли у поворота. Взгляды фоциан мгновенно скрестились на существе, что неподвижно сидело в самом центре пещеры, с ног до головы покрытое толстым слоем инея, точно ледяная статуя.