— Каким ветром занесло в наши земли, человек? — весело скалясь, спросил Самир, приземлившись на землю перед Лаутом. Оглядевшись, Эдван заметил, что кошек на поляне ощутимо прибавилось. Видимо, второй отряд, который они и ждали, прибыл, пока тот медитировал.

— Да вот, гулял по болотам, дай думаю, в гости загляну… — сказал парень.

— В опасное время ты решил по болотам погулять, — хохотнул Самир, — обезьяны так с деревьев и сыплются.

— Я заметил, — ответил Лаут, — избавляться надо от этих вредителей. Лучше всего как тогда. Под Железной горой.

— Дело говоришь, — оскалился тигр, — рад тебя видеть, человек.

— Эдван я. Эдван Лаут, — ответил парень, протянув тигру руку, по которой тот не задумываясь хлопнул.

— О… где-то что-то сдохло, — хохотнул Самир, — где разжился доспехом?

— Нашёл в пещере маймуна. Долгая история, — Эдван махнул рукой.

— Маймуна? А, это вроде бы большерук, по-вашему, — сообразил тигр, задумчиво поглаживая подбородок, — постой… так это получается, ты тот самый «уважаемый человеческий мастер», что спас того блохастого идиота, который решил в одиночку пересечь лес?

— Ты его видел?

— Конечно, — кивнул Самир, — мы были южнее, в Рахриге, это крепость близ Каракоя, там его сын, мелкий волчонок, всем про тебя уши пролаял.

— Тогда, выходит, что я.

— Точно что-то где-то сдохло, — хохотнул Самир, а Эдван, слегка смутившись, даже не знал, что на это ответить.

Через десяток минут они вновь двинулись в путь, уже всей группой из двадцати бойцов. Болота сменились непроходимым густым лесом, где время от времени на пути попадались огромные валуны и заросли причудливых растений, стебли которых были похожи на огромных зелёных червей. Самир всю дорогу двигался рядом с Эдваном, без умолку рассказывая о жутких обитателях леса вокруг, да травя различные байки о том, что с ним происходило в Рахриге.

— Какие вести с юга? — осторожно спросила Шаина, пристроившись рядом. Самир разом помрачнел.

— Вести… дерьмовые вести с юга, — произнёс тигр. Несколько воинов, что бежали неподалёку, слегка сбавили темп, чтобы послушать, — зверьё в лесах словно взбесилось. Стаи тварей Первого перебираются через Яль и, кажется, этот ублюдок Мо успел сговориться с Царём Обезьян. Они ведут их через наши леса, Шаина, — сказал он, взглянув на тигрицу, — вместе их, пока, не видели, но твари всегда налетают, когда фоцианам худо, и помогают им пройти леса безопасно. Да и у Чёрных клыков не всё гладко…

— Что с Клыками? — подал голос Басир, который прекрасно всё слышал даже с двадцати шагов.

— Завелись среди них те, кто ратует за возвращение к корням. Говорят, мол, очеловечились мы, забыли, как предки жили, как охотились… ничем не лучше человеков проклятых стали, одёжки носим, птицу разводим для мяса, да жрём траву, а не то, что добыли охотой… — подал голос доселе молчавший командир отряда Самира. Тот самый мастер Озера, которого Эдван видел на плоту.