Злиться я начал где-то на пятнадцатом круге. Я открывал и закрывал журнал квестов, но там не отмечалось вообще никакого прогресса. Получалось, что у меня сейчас просто общественные работы на чистом энтузиазме. Что удивительно, нельзя было зациклить процесс — настоящая пасхалочка от разрабов. Смирись, послушник!
На двадцатом круге я был в ярости. К счастью, все злопыхатели вокруг вообще со мной не разговаривали. Болтали между собой, иногда перешучивались, но новичка не трогали.
На сороковом круге наступило безразличие. О, мой чудный Патриам. Какая радость после смены прийти домой, залезть в вирткокон и, наконец-то, отдохнуть в игре. В сказочном фэнтези, где надо сражаться с драконами, пуляться магией и… стирать долбанные бинты.
Я уже просто мысленно отмечал свои действия, разделив их на пункты. Поход за тряпками, бросаю в таз, поход обратно, наливаю воды, стираю, отжимаю, снимаю сухое, вешаю мокрое. И снова поход за тряпками…
Репутация со жрецами Древней Веры +100
Внезапно выскочившая иконка была как бальзам на душу. Боже ж ты мой, какая радость!
— Брат Антшот, ты что-то замаялся совсем, — сказал вдруг один из трудяг, с которым я делил постирочный стол.
— Нет, что ты, нисколько не устал, — едва не скрипя зубами, ответил я.
Я быстро просек фишку, что тут ценится. Бескорыстие, самоотверженность — вся эта добродетель у меня прямо занозой сидела в мозгах.
— Там вода заканчивается. Сходи, что ли, растолкай этих лентяев, — эльф указал на ту дверь, куда меня до этого не пускали.
Глава 17. Смирение. Часть 2
Мой персонаж кивнул и естественным движением утер себе лоб. Я отжал бинт, повесил на свободное место, и пошел в заветную дверь. В этот раз никто даже и слова не сказал, все были заняты, как обычно. А я как будто свой в доску стал.
Не успел я подойти к двери, как она скрипнула, и оттуда вышел паладин. Его золотой доспех и лицо были измазаны в крови, а сам он тяжело дышал, будто после боя. Я шарахнулся от хмурого взгляда, и он, ощутимо пихнув меня плечом, пошел дальше.
— Привет, Готфрид, — махнули ему, но паладин молча прошел через зал и ушел на лестницу, ведущую на верхние секции.
— Бедный Готфрид, потерял сегодня друга, — послышался чей-то голос, — Не в настроении он.
Я проводил взглядом паладина. Мне показалось, или у него взгляд был странный? Мне после встречи с Деваной теперь везде зелень чудится.
— Да где вода-то? — кто-то крутанул кран, и тот заплевался брызгами.
На мне скрестились несколько укоряющих взглядов и я, усмехнувшись, толкнул дверь. Сейчас будет вам вода. Послышался неприятный скрип ржавых петель.