— Саша, извини, случайно дёрнулся. — Док недовольно покачал головой и продолжил зашивать. — Видишь ли, из-за специфики работы патологоанатома, я не привык, что мои пациенты открывают глаза после вскрытия и начинают разговаривать.

— Да ничего, док. Если уж начал резать и зашивать, не останавливайся. Так что там у меня? Расскажи поподробнее?

— Ещё раз повторяю, жить будешь. Хотя после таких нехороших, пулевых ранений, да ещё без своевременного оказания медицинской помощи, я вообще не понимаю, как ты выжил и самостоятельно вышел из портала? Ты должен был истечь кровью и умереть. Судя по теперешнему давлению, из тебя её вытекло не меньше полутора литров. Однако потом кровь бежать почему-то перестала, а раны успели чудесным образом затянуться. И это всего за сутки — заявил Кац и, завязав узелок, отложил иглу.

— Док, какие сутки? Я слышал лично, что скорая должна была пробыть внутри не больше четырёх часов.

Выслушав меня, Кац отрезал остатки ниток и стянул с лица медицинскую маску.

— Значит, четыре часа внутри. После того как портал закрылся, я просидел в укрытии сутки. Проход снова открылся только следующей ночью, ровно в два часа по московскому времени. А ещё через пятнадцать минут, оттуда выехала машина скорой помощи.

Призадумавшись, Кац вытащил из кармана белого халата, пачку сигарет «Космос» и закурил.

— Артём Абрамович, а ты заметил, кто именно сидел за рулём?

— За нулём сидел военный. При этом, одной рукой он держался за баранку, а второй целился из пистолета в открытое окошко, словно ожидая нападения. Рядом с ним сидела француженка и держала в руках автомат Калашникова.

— Значит, своего преемника я всё-таки достал — констатировал я и указал на зажжённую сигарету. — И что они просто уехали?

— Нет. Мадам увидела труп и замахал руками. После этого Рафик остановился. Затем она вышла наружу и в одиночку запихнула убитого тобой бугая внутрь скорой помощи.

Док дал мне затянуться, и я увидел удивлённое выражение на его лице.

— Саша, это было странно. Она же совсем миниатюрная. На вид, весит килограмм пятьдесят, не больше. Однако француженка взвалила себе на плечо труп и пронесла метров десять, да так легко, словно тело было набито тряпками. Теперь мне понятно, как она смогла скинуть чугунный люк и перебраться через забор, без трёх пальцев и с кровоточащей раной.

— Артём Абрамович, они говорили про донора жизненной энергии. Может эта её необычная сила, как-то связана с процессом, переливная в аномалию этой самой энергии?

— Да, Саша, скорее всего, ты прав — согласился док и, отобрав у меня сигарету, снова затянулся. Затем он вскрыл стеклянную ампулу и начал набирать в шприц прозрачную жидкость. — Саша, вскоре нам придётся про много поговорить. Ну а сейчас тебе обязательно нужно поспать.