— Борис, он… немного странный…
— Странный? — Переспросил Леонид, сделав акцент на слове. А потом добавил. — Впрочем, я не удивлен. Вы с ним очевидно нашли друг друга…
Слава Великой Тьме, сказано это было искренне и по большому счету наставника не особо интересовал мой слуга. Был один дурак, теперь два дурака. Случается.
Вот с утра пораньше Борька снова захотел разобраться, кого и с какими намерениями принесло в гости к хозяину. Но Иван-то об этом не знал. Для Ивана все именно так и выглядело. Непонятный тип в солнечных очках тянет его конечность в рот и скалит зубы.
Причём, ровно в тот момент, когда я проснулся, Ванька как раз попытался выдернуть руку, за что тут же получил подзатыльник от Бориса. Судя по всему, этот подзатыльник был уже не первым, так как волосы у Ивана топорщились дыбом. И судя по всему, именно поэтому Иван не орал, а пищал, оставаясь на месте. В любом другом случае, уверен, он бы уже нёсся куда-нибудь подальше от барака и психованного слуги бастарда.
— Вонюч… — Начал было пацан, но тут же испуганно посмотрел на Борьку, который продолжал усиленно обнюхивать его руку, добравшись до локтя, и сразу исправился. — Роберт, убери, пожалуйста, своего слугу. Он меня впустил, но теперь дерется все время и ведет себя странно. Будто хочет… укусить…А уйти тоже не дает.
— Борис. — Позвал я телохранителя. — Отстань от ребенка.
Тот обернулся, а потом с дельным видом сообщил:
— Хороший. Неопасно.
Видимо, именно по запаху Борька ухитрился определить, затевает пацан что-то плохое или нет. А там в запахе, уверен, только страх присутствует.
— Замечательно. Отстань от него, говорю. — Я принял сидячее положение, затем спустил ноги вниз. — Ты чего приперся, Иван? Несколько дней тебя уже не было.
— Да я просить пришел…
Ванька с опаской покосился на Бориса, который руку его отпустил, но отходить не торопился, чем бедолагу сильно нервировал.Так и стоял рядом, будто истукан. Хорошо, что на физиономии у него — очки. Иначе, боюсь, Ванька совсем от страха окочурился бы. Только вчера, перед сном проверял Борькины глаза. Ничего не изменилось. Все такие же светлые. Даже вроде бы еще светлее стали.
— Слух быстро разнесся. Говорят, ты теперь нормальный. Ну, то есть, это я и сам вижу… — Ванька немного смутился, понимая, какую глупость только что ляпнул. Конечно, нормальный, раз спокойно с ним беседы веду. — Роберт, ты же сам два года в роли служки провел. Ну поговори пожалуйста с директором или с наставниками. От троицы этой совсем спасения нет. Розенкранц и дружки его. Все трое Наследники, слова им не скажешь. А с каждым днем наглеют все сильнее. Меня, вон, вчера вечером поймали и головой…