— Для себя? — Скел остановился, поскольку ему было необходимо услышать ответы. — Уничтожил бы всех, кто мог оказаться под моим руководством, а ненастоящих Теней взял бы к себе?
— Да! — снова закричал Иторис. — Это вынужденная мера, ибо нам неизвестно, что произойдёт, когда появится достойный.
— О, так ты не знаешь? — внезапно дымка отступила с лица Скела, открыв его ехидную улыбку. — Я-то думал, ты напал на нас из-за него.
— В смысле? — вновь опешил его противник. — Он уже здесь?
Бородач неоднозначно пожал плечами и кивнул.
— Скел, друг, — Иторис сбросил с себя дымку. — Ты не должен позволить ему вырваться на свободу. Не давай ему возможности овладеть Тенью, ведь тогда…
Но тот не позволил закончить пафосную речь. Тень вновь покрыла Скела, он метнулся вперёд и пронзил директора Страха когтями, попав точно в сердце. Но тот даже не вскрикнул, лишь крепко вцепился в плечи своему убийце. Изо рта проступила кровавая пена.
— Не дай ему вырваться, — прошептал он, а потом улыбнулся. — Мои Тени… они давно… на свободе… не простят…
Голова Иториса запрокинулась, глаза закатились, а тело внезапно задрожало. Скел отскочил в сторону, бросив труп на разбитый пол. Конвульсии продолжали бить умирающего директора. Кровь брызнула отовсюду, откуда только могла, заливая пол.
Скел не стал дожидаться того, что произойдёт дальше. Он шагнул в тень стены и исчез.
В ту же секунду тело директора Школы Страха взорвалось, забрызгав всё вокруг.
***
Бородач, в своём прежнем облике, появился в подземной лаборатории Школы Страха в тот момент, когда над головой раздались топот и крики.
— Опомнились, — усмехнулся он.
Он шёл вдоль высоких колб, в которых медленно плавали человеческие тела. Все, как один были похожи друг на друга. Вот только большинство колб оказались пустыми.
— Плохо, — пробормотал бородач и, достав из-за пазухи заветную бутылку, сделал пару глотков. — Что ж, разберёмся.
Внезапно впереди послышались крики, и в конце коридора появилось несколько силуэтов. Скел не стал ждать, когда до него доберётся стража этих катакомб, взмахнул руками, из которых вырвались острые чёрные клинки. Оружие угодило точно в цель, отрубив каждому существу в колбе голову. Раздались взрывы, и пробитое стекло взорвалось, окатив помещение грязной жидкостью.
Но Учителя там уже не было.
— Сколько я порезал, сколько перерезал, — напевал незатейливую песенку приближающийся Криз, перебрасывая длинный нож из руки в руку. — Да ты, паря, не сопротивляйся, больно не будет.
— Врёшь, — оскалился его братец, меняя цвет своей кожи с каждым новым шагом. Только сейчас я заметил, что его лицо и грудь точно посередине пересекал грубый шрам. — Я постараюсь сделать так, чтобы он прочувствовал всё на максималке.