— Хитрость! Только хитрость! Не сила! — послышался крик Таисии.

То ли она реально орала, то ли мне уже чудилось. Но сквозь темную, кровавую пелену, я видел, как летают женские ноги. И сам того не ожидая, совершил резкое движение рукой, которая жутко болела.

Конечно, это лишь бред. Так нельзя сделать в уличной драке или на ринге. Это работает только в кино, причем, если сценарий писал наркоман.

В общем, я совершил полную глупость, которая вдруг… удалась. Каким-то странным усилием вышло схватить ногу Верды. Она не следила за равновесием, упиваясь своей победой. Потому женщина резко упала, не успев понять, что к чему.

Она вскрикнула, растерявшись, и стала дергать конечностями, как жук, которого опрокинули. Я же наоборот ощутил прилив сил. Точнее, это были не силы, а скорее выброс адреналина, который бывает, когда грозит верная смерть.

Разбитое лицо перестало болеть, отсаженные почки, будто восстановились. Шум в голове немного утих, а мышцы налились сталью. Издав животный рык, я кинулся на Верду, словно бешеный волк.

Противница не ожидала, что избитый до такой степени (!) мужчина способен сражаться. Она шмыгнула кровавым носом, охнула и легла на живот. Наверное, хотела подняться или уползти, кто же знает…

Может это был просто рефлекс. Ведь Верда тоже не особо умела драться. Профессиональным бойцом она точно уж не была. Сложно описать, как все случилось, но я оседлал женщину, словно лошадь. Примерно так мы занимались сексом с Патрисией, только здесь был вовсе не секс.

Я ощутил под собой гору мышц, которая могла вырваться в долю секунды. Тогда б меня просто не стало! Потому кулак сам взлетел вверх и нанес резкий удар Верде в затылок, потом ещё… и ещё пару раз.

Женщина громко визжала, из ее рта вырывались проклятия. Она немного ослабла. И я внезапно понял, что победил!

За какие-то пару секунд ситуация полностью изменилась. Из поверженного слабака я стал победителем схватки. Но турнир все еще продолжался.

— Ох, ты ж сука… Что делать… — протянул я разбитым ртом.

— Давай же, убей меня, — послышалось снизу.

— Ага, не надейся избавиться от своей рожи так просто, — ответил я и крепко схватил Верду за волосы, которые окончательно растрепались.

— Слабак! Слюнтяй! — прохрипела бабища.

— Молчи, когда мужик сверху! — воскликнул и натянул волосы посильнее.

Женщина ахнула, испытав боль, и предпочла больше не разговаривать. Я решил кого-то позвать. Должен быть некий судья, который засчитает победу. Конечно, Верда та ещё стерва, но убивать ее голыми руками — это, мягко сказать, перебор. Я пока не настолько свихнулся.