Думая обо всем понемногу, я отправился во дворец, когда было назначено. Со мной снова были две фсбшницы. На этот раз они шли чуть поодаль, болтая о чем-то своем. Ошейника на мне больше не было. Несколько раз машинально тер шею, казалось, что он все же появится.
Конечно, этого не случилось, и вскоре мы прибыли в «Эрмитаж» местного розлива, где должна решаться судьба.
На этот раз было как-то обычно. Даже к походам к королеве можно привыкнуть, особенно к такой, как в том Амазонуме. Я чувствовал себя хорошо, как ни странно. Казалось, снова вернусь в гарем, и никаких перемен тут не будет.
Так работала защитная реакция мозга, которая была кстати. Я без проблем пошел к большой лестнице, вошел во дворец, показав на входе свой свиток. Потом был знакомый мне коридор с голой статуей Аполлона. Дальше зал, полный народу. Люди, кстати, будто не расходились, стояли на прежних местах как шахматные фигуры, с прошлого раза.
Оказавшись среди расфуфыренных женщин и их мужчин, я слегка растерялся. Защитная реакция тут же пропала, казалось, что попал в пятый класс, где надо решать сложное задание, с которым у меня куча проблем.
Несмотря на прошлые подвиги, встречали меня очень «не героично». Вокруг слышался смех и вздохи, кто-то причитала, что малолетке нельзя давать столько прав; я должен дожить до тридцатника, а потом уже все остальное.
Мелкие сошки меня почти не бесили. Главной змеёй тут была Гэлла. Я боялся, что врежу ей, если будет выпендриваться. Ведь она скорей всего подстроила «испытания», которые вели не к гражданству, а в гроб.
«Ладно, здесь меня не убьют, это точно. Остальное уже как-то похрен», — подумал, выходя в центр комнаты, под градом презрительных возгласов.
Глава 8
Королевы как всегда не было. Опять скажет, что сидела на толчке или что покруче. Послал бог монархиню, а мы ещё нашими оглоедами недовольны.
— Да что говорить? Ему все равно все дадут. Знает, каким местом зарабатывать, — послышался голос совсем рядом.
— Только через мой труп! Я не потерплю, чтоб в тронном зале творился такой позор! — взвизгнула кто-то.
Тут из толпы вышла женщина с наглым лицом и черными кудрявыми волосами. Она посмотрела на меня, поправив прическу, затем окинула взглядом придворных.
— И ты, малышка, хочешь стать лучше всех? — спросила она с улыбкой.
— Малышка — это твоя грудь, дорогуша, — машинально ответил я.
Все тут же ахнули, женщина чуть не позеленела и крикнула:
— Нарушение правил поведения! Смотрите, он не в себе!
— Нарушение правил поведения, смотрите… она не в себе, — воскликнул в ответ, копируя ее интонацию.