— Стоять, лягушонок! Брось палку!

Я замер, как вкопанный. На меня направились острые мечи, которые могли быть пущены в ход в любую секунду.

— Это не палка, а такая железка от кровати… — промямлил, пытаясь хоть как-то заговорить зубы.

— Гори! — воскликнула одна стражница, и в меня полетела молния, пущенная из магического камня.

С трудом успел увернуться, не получив повреждений. Но этого было мало. Орчанки стали меня обходить, чтоб отрезать путь к отступлению. Махнул арматурой, старясь их отогнать, а потом понял, что это бессмысленно.

Тогда напряг правую руку, пытаясь вызвать магию, которая могла хоть как-то помочь. В тот момент, со стороны ринулся поток желтоватого пламени… или это был лазерный луч. В общем, что-то сверкающее и горячее пролетело через всю комнату, врезавшись прямо в орчанок.

Две из них тут же стали кучками пепла. А одна выронила меч, сказав:

— Что за черт?

— Ваш магический артефакт, подруга, — подмигнул я.

— У нас нет таких мощных, — процедила орчанка, в ужасе поднимая руки.

Тогда я треснул ее по башке и для верности добил после падения. Может это не совсем честно, но черепа любовников тоже собирать не прикольно. На войне как на войне, к тому же, я попросту испугался…

Когда стражница потеряла сознание, взглянул в сторону комнаты друга, откуда прилетел луч. Михалыч стоял в расстёгнутой рубашке и мятых штанах. В руке у него красовался красноватый кусок кирпича. Если орчиха говорит, что их артефакты слабее, то, что усилило этот камень? Неужели Михалыч умеет заряжать артефакты?

Может, он ещё здешний бог?! Откуда столько плюшек на одну плешивую крысу?! Сейчас не время завидовать, надо скорее валить.

Понимая это, мы, не сговариваясь, подскочили к окну. Михалыч попытался вновь применить артефакт, только тот уже не работал. Пришлось отгибать решетку вручную, что практически получилось.

— Так, лезай ты вперёд! — процедил я, когда все было готово.

— С какого рояля?! — испуганно воскликнул Михалыч.

— С большого, дурак! Ты толще, значит, ты первый! А я спину прикрою.

— Я сам кого хочешь прикрою, — простонал напарник, со страхом посмотрев вниз.

Даже несчастные пару метров были для него чем-то жутким. Хотелось дать затрещину другу за его тупость. Но тут послышался голос манерного паренька.

— Ребята, здесь вообще кормят? — спросил худой студент, который заглянул в дырку, проделанную волшебным ударом.

— Ага, ещё как. Ол инклюзив, — ответил я. — Давай с нами, если жить еще хочешь!

После этих слов я решил лезть в проем, показывая Михалычу на личном примере, что значит вообще иметь яйца. Но в коридоре послышался звон металла и крики. По ходу, шло подкрепление.