Скольких же он успел опутать своей магической сетью⁈
Я замахнулся бердышом.
Но в руках Трубецкого появился огненный шар и полетел в меня. Увернуться я не успел.
Огонь ударил меня в грудь. Я отлетел в сторону и распластался на полу, продолжая сжимать в руке древко бесполезного оружия.
Рядом замертво валились остальные охранники. Я увидел обгоревшее лицо Тагира. Зрачков не было — только мутных белки широко распахнутых глаз.
Меня спасла только матрица, которую я до предела накачал энергией. Беспощадный огонь столкнулся с ледяной бронёй и жадно плавил её. Матрица визжала и выла, её плетение не выдерживало жара и распадалось прядь за прядью.
Ещё мгновение — адское пламя доберётся до тела, и тогда я сгорю заживо!
Лёжа на полу, я видел, как Трубецкой швыряет в зал огненные шары. Люди вспыхивали, катались по полу и вопили от боли.
— Сдохните все! — закричал Трубецкой. — Зачем нужна Империя, если я не смогу ей править⁈
Он повернулся к Императору. Широко взмахнул руками, и между его ладоней возникла гудящая стена огня.
Безумная гримаса уродовала лицо Трубецкого.
— Пора тебе уступить мне свой трон, братишка! — сказал он, кривя губы в усмешке.
Император тоже вскинул руки. Вокруг него мгновенно сгустился воздушный вихрь. Ледяной ветер сбивал пламя, не давая ему подобраться к телу Императора.
— Врёшь! — закричал Трубецкой. — Я всегда был сильнее тебя!
Вихрь столкнулся с пламенем, и огненные языки разлетались по залу.
Моя матрица всё ещё сражалась с огнём. Одежда на мне горела, волосы трещали от жара.
Но лёд оказался сильнее.
Я дотянулся до бердыша и коротким движением швырнул оружие в Трубецкого.
Острое копейное навершие пробило рёбра князя. Он взмахнул руками и упал на колени.
Одновременно с князем рухнул Император. Он истратил все свои силы, сдерживая натиск безумца.
Шатаясь, я поднялся на ноги.
Взялся за древко. Выдернул остриё бердыша из тела Трубецкого и замахнулся снова.
Остро отточенное лезвие описало полукруг и разрубило шею проклятого мага.
Голова Трубецкого покатилась к ногам неподвижно лежащего Императора.
Глава 12
Через два дня я сидел в удобном шезлонге на крыльце фермы Казимира, держал в левой руке стакан с холодным домашним лимонадом и наблюдал, как рабочие устанавливают новые теплицы.
Вот такую работу мне поручил Казимир. Он сказал, что магическая матрица лучше всего восстанавливается в спокойном состоянии. Но безделье и скука тоже ей вредят.
За углом дома тарахтел мотоблок. Сенька с самого утра вспахивал грядки, которые опустели после набега Императорских поваров.
Я сделал глоток холодного яблочного лимонада и задумчиво посмотрел на кисть руки. Ожоги почти зажили — шрамы уже покрывала молодая кожа. Я дважды в день мазал их каким-то составом, который Казимир приготовил своими руками.