— Спасибо, Гриша! — кивнул я. — Я выбираю дуэль с применением магии. До тех пор, пока один из противников не попросит пощады.

Учить — так учить!

Благородно подставлять свою физиономию под кулаки виконта я не собирался.

— Или пока дуэль не остановят секунданты! — торопливо добавил Гриша.

— Хорошо, — согласился я.

Виконт, и в самом деле, выглядел упёртым. А убивать его не хотелось — мне здесь ещё учиться.

— Идём, — кивнул я.

— Куда? — растерялся Гришка.

— За склад. Раньше начнём — раньше закончим.

— Но сначала надо предупредить курсантский комитет! Найти секундантов!

— Кому надо? — спросил я. — Я не собираюсь тратить целый день на то, чтобы воспитать одного аристократа. Драться будем сейчас.

Мы спустились по лестнице на плац училища. Видимо, лекции уже закончились — мимо нас то и дело пробегали курсанты. Некоторых из них Гриша останавливал, хватая за рукав, и что-то шептал на ухо. После это все, как один, бросали на меня горящие любопытством взгляды.

За складом уже собралась толпа. И когда они только успели?

Для нас с виконтом оставили ровную площадку пять на пять метров, которую плотным кольцом окружили зрители.

— Дуэль с применением магии между виконтом Стоцким и курсантом Смирновым! — зычным голосом объявил плечистый детина в хорошо подогнанном комбинезоне. — Проиграет тот, кто первым попросит пощады!

Он повернулся ко мне и ухмыльнулся.

— Что, пацан? Первый день в училище, а уже влип? Привыкай!

Похоже, это местный авторитет.

Я заметил, что несколько курсантов, стоявших рядом с ним, слушали его, открыв рты.

— Кто ты такой? — спросил я, одновременно разгоняя свою магическую матрицу.

Детина расцвёл в улыбке.

— Барон Валентин Симагин! Слышал обо мне?

Я покачал головой.

— Нет.

— Ну, ещё услышишь! Если выживешь сегодня. Учти — из-за нытья я дуэль останавливать не стану.

Не отвечая ему, я пошёл в свой угол площадки.

Матрица звенела и гудела. Энергии в ней было столько, что я чуть сбавил обороты. Не хватало ещё прихлопнуть виконта одним ударом.

Я потянул к нему ледяную паутинку. Дотронулся до его матрицы, а виконт этого даже не заметил.

Чёрт!

Его матрица была очень слабой — она балансировала на той самой грани, когда магические способности признают непригодными для развития!

Как же он умудрился с такой слабой матрицей удержаться в Магическом училище? Связи отца, или что-то другое?

Я посмотрел в насупленное лицо виконта и понял.

Дело ни хрена не в связях. Тем более, сейчас, когда его отец запятнал себя изменой.

Виконт держался только на собственном упорстве. И сейчас рисковал всем на этой дуэли.

Наверное, у него просто сорвало гайки. Так бывает, когда человек слишком долго держит себя в руках.