Думаете, рыжий качок будет долго страдать от переломов пальцев? Не тут-то было! Сейчас его повезут в элитную клинику и за тысячи баксов восстановят руку в течение дня. Завтра эта обезьяна так же продолжит драться с другими обезьянами, жрать сырое мясо, запивать его медовухой и жарить своих самок.

Мажоры…

Ну и хрен с ними. Я их никогда не смогу понять.

Добрался до Керчи, зашел в офис репетиторов, прослушал лекцию, порисовал в программе-кульмане, всё интересно и по сути.

Опять домой, опять ужин, спать… Рутина.

Так и потекли деньки…

//Феодосия. Школа. Восемь месяцев спустя//

Вот так бывает же: первого сентября будто моргнул, открываешь глаза — двадцать пятое июня!

Экзамены позади, сейчас стою, жду своей очереди на получение аттестата зрелости. Одноклассники возбуждены, некоторые даже чуть подпрыгивают от напряжения. А я спокоен. Пусть у меня в предыдущие годы с оценками было как-то средне, зато за одиннадцатый класс — всё отлично.

— … Ге-е-е-ктор Миза-а-мидис! — объявил меня директор как заправский шоумен. — Я был порядком удивлён, когда подписывал твой аттестат, но приятно удивлён! Верно твои родители говорили мне когда-то, что тебе нужно «слегка раскачаться и ты втянешься в учёбу», хе-хе-хе! Пусть для этого слегка тебе потребовалось десять лет, но зато теперь я уверен, что институт ты закончишь на отлично! Продолжай в том же духе, Гектор!

Директор похлопал меня по плечу, пожал руку и вручил аттестат. Наконец-то.

— Благодарю за тёплые слова, Исмаил Викторович. — поблагодарил я директора и направился к местам, где сидел мой класс.

Мы сейчас были в актовом зале, где всё в честь праздника украсили лентами, плакатами и вообще как-то облагородили. Раньше не обращал внимания, что каждый год, двадцать третьего или двадцать четвертого июня в этот зал вливают десятки человеко-часов, чтобы украсить всё как подобает. Вон сидят десятиклассники, Парис лыбится и машет мне рукой, я помахал ему в ответ.

Официальная часть продолжалась ещё около часа, которые я посвятил игре на своей Шиве. Гоночки, бессмертные гоночки…

После собрались в классе, все делились впечатлениями, обнимались и радовались, будто завершился важный этап в жизни. А мне было немного грустно. Уклад жизни неизбежно сменится, родителей буду теперь видеть только по большим праздникам и во время каникул. Непонятно ещё, с кем буду учиться. Вдруг там в общаге беспросветный алкоголизм и бесшабашная студенческая пора? Это осложнит обучение.

— Суо, а вдруг там все бухают и гуляют? — спросил я мысленно Суо.

— Не рассчитывай особо. — усмехнулась она. — Впрочем, увидишь всё сам.