— «Розовый рассвет»? — прочитала Прасковья на этикетке. — Даже бухло берёшь гейское…
— Дай сюда пистолет. — я приблизился к ней.
Её лицо, с розовыми от принятого алкоголя щеками, было в нескольких сантиметрах от моего. Правой рукой я приблизил её лицо к своему и поцеловал. Левой же выхватил револьвер. Она что-то промычала, не размыкая поцелуя, обняла меня, а я разъединил её руки и отстранился.
— Ублюдок… — прошептала она. — Как же я хочу тебя…
— Ты пьяна. — сказал я ей. — Пора спать.
Встав кое-как на ноги, я поднял Прасковью с дорогого паркета и понёс в направлении спальни. Самому было не очень хорошо, понижение градуса давало о себе знать — голова кружилась, жар от тела Прасковьи невыносимо жёг руки. По дороге увидел настенные часы — два часа ночи. Охренеть, скоро просыпаться и лететь в Ростов.
Я положил Прасковью на кровать и лёг рядом. Сила воли куда-то пропала. Я просто так хотел, поэтому лёг рядом.
Наши глаза встретились. Она как-то завороженно смотрела на меня. Я такого ещё не видел. По красивому лицу, вбок, стекла слезинка.
— Ты всё-таки очень красивая… — произнёс я. — Но стерва и туповка…
Я закрыл глаза и почти мгновенно уснул.
Примечания:
1 — Константин Ступин — Пушистый хвост лисицы. Рекомендую настоятельно. Он — настоящий Ультра.https://www.youtube.com/watch?v=ZJA_2CTNjfA — ссылка на песню.
Глава двадцать четвертая Страшные сказки: Золушка
Черти дери, какое «прекрасное» утро… Ещё темно, но Суо насильственно разбудила меня в пять тридцать, так как нам надо лететь в Ростов.
Я лежал на кровати одетый, что почему-то вызывало жуткий дискомфорт, голова болела, в горле будто за ночь открыли небольшой филиал пустыни Сахары. Рядом лежала Прасковья, обернувшаяся в шелковое одеяло.
— Вечер не удался… — произнёс я вслух. — Если каждый раз так пить, недолго и спиться…
— Не говори… — хрипло ответила на это Суо.
Кажется, мой симбионт тоже способен испытывать похмелье. Я поморщился от привкуса алкоголя на языке. Меня ещё не отпустило.
— М-м-м… — потянулась Прасковья. — С кем ты говоришь?
— Мысли вслух. — ответил я. — С тобой всё в порядке?
— Ты про вчера? — сонно уточнила она. — Нет. И больше никогда не будет.
— Ты помнишь, о чём мы вчера разговаривали? — спросил я.
— Нет. — твердо заявила Прасковья, накрывая голову подушкой. — Не было никаких разговоров.
— Как я и надеялся, мне всё приснилось. — кивнул я, внутренне сожалея. — Откуда у тебя столько бухла дома?
— Закупилась для разнообразия. — ответила Прасковья. — Я действительно красивая?
— Определенно не в похмелье. — покачал я головой. — Мы же вроде договорились только что, что ничего не помним?