— Так точно. — подтвердил я.
— Хм… — ещё раз хмыкнул миллиардер. — Тысячная проба?
— Абсолютно точно. — снова подтвердил я.
— Хорошо, я куплю у тебя эти десять килограмм за миллион рублей. — принял решение Кипарисов. — Проверю качество товара.
Телефон тренькнул. «ТОО „Гипперион“: 1 000 000 ₽»
Охренеть.
— У меня самовывоз, товар по координатам. — я отправил по адресу Кипарисова точные координаты тайника.
— Хорошо. — кивнул миллиардер. — А теперь…
В помещение вошла, скорее всего, Лариса. Одета она была в костюм горничной. Но мы-то с вами знаем, что живые люди у богатеев в домах не убираются, так что это маскарад. Неужели…
— Подонок… — прошептала Прасковья и быстро пошла к выходу.
— Я замораживаю твои счета, Прасковья. И изымаю движимое и недвижимое имущество. — сообщил ей напоследок папаня. — У тебя же теперь есть «богатый» хозяин.
Охрененно. Так издеваться над собственной дочерью? Впрочем, я не знаю, что у них там за семейные отношения. Может она в своё время исполняла что-то похлеще?
Так или иначе, но я покинул этот роскошный дворец. В машине уже сидела Прасковья и невидящим взглядом пялилась в бардачок.
— Я теперь нищая… — произнесла она, когда я сел за руль.
— Добро пожаловать в клуб, Прасковья. — заводя двигатель ответил ей я.
Глава двадцать пятая Страшные сказки: Минотавр
Двадцать седьмое июня…
Двадцать седьмого июня две тысячи двадцать шестого года в этот поганый мир имел честь явиться Гектор Андреевич Мизамидис, ныне являющийся курсантом второго курса Ростовского военного робототехнического института.
Ну как второго… Сессия позади, как и полигон, до конца занятий на котором осталось всего два дня, а потом июль, август и снова учёба, но уже на третьем курсе.
Время летит. Но с Прасковьей всё-таки вышла полная зрада, как говорят наши соседи.
Папаша Кипарисов заблокировал ей все счета, заблокировал дверь от её квартиры, у неё даже вещей не осталось. Затем он уволил её с работы, лишил её права владения автомобилями, отнял сорокаметровую яхту, а под конец отменил вообще все абонементы и подписки какие только были. Так уж вышло, что у неё из личной собственности сейчас только телефон и комплект гражданской одежды, что покоится сейчас в тумбочке.
Охрененно. Мало того, что с ней и без этого хлопотно, так ещё и материальное обеспечение на мою шею упало.
Вы вообще представляете себе, что это такое? У меня вот детей никогда не было, но я начинаю понимать своих родителей. Она даже понятия не имеет, на что будет поддерживать уровень своей мажорской жизни, ведь ей хочется жить как раньше.