Что там было вообще? Факты коррупции? Кумовство? Или Антон Дмитрич действительно не соответствовал своей должности? Не знаю.

— Давай быстренько садись и будем писать протокол. — потёр руки Антон Дмитрич, садясь обратно в кресло.

— Какой протокол? — удивился я.

— Свидетельских показаний! Какой же ещё? — деланно удивился участковый в ответ. Поправив пузо, он протёр лысину платочком и подвинул мне ручку. — Или явку с повинной хочешь подать? Давай-давай, пиши быстрее! Времени мало!

— А какие свидетельские показания? — уточняю я.

— Ну, когда последний раз видел, что говорил, что делали, почему, зачем, весь расклад! — как прописные истины перечислил мне Антон Дмитрич.

— Ну, я лучше папу подожду. — отвечаю я на это.

— А, вот значит как… — прищурился участковый, надвинувшись на стол. — Не хотим сотрудничать, значит? Чувство вины испытываем, значит?..

— Антоха, что происходит? — ворвался в кабинет папа.

Ну, тут и я роль сыграл, набрав номер пять минут назад и включив режим чувствительного микрофона.

— Э, ну… — участковый встал из-за стола и вышел к папе. — Как ты вообще зашел?

— Пропустили твои архаровцы! — отвечает папа. — Антоха, ты чего вообще устраиваешь?

— Да, как бы, профилактическую беседу веду! — перешел в контратаку участковый. — Чтобы твой обалдуй, значит, на скользкую дорожку не ступил! Как Петр Поливалов, значит!

— Какая скользкая дорожка⁈ — возмутился папа. — Он у меня в следующем году в военный институт поступает! Какая ТАМ скользкая дорожка⁈ Какой там криминал⁈ Ты чего, моего сына за приблатненыша какого-то принял⁈

— Андрюха, спокойно. — пошел на попятную Антон Дмитрич. — Не знал. Да и что это меняет? Я всё равно должен его опросить, выяснить обстоятельства знакомства с убитым, тем более, что некоторые свидетельские показания указывают, что твой сын является другом детства убитого.

— Гектор, выйди, я поговорю с Антоном Дмитриевичем. — приказным тоном попросил папа.

— Окей, я на улице. — кивнул я в ответ.

Ну дела вообще… По идее, я виноват в смерти Пети, хотя, это он сам меня заманил к тем бандосам, сиди он спокойно, ничего бы не случилось. В каком-то смысле, это была самооборона. Но поди докажи это нашей Фемиде.

Батя вышел из участка спокойный, но с покрасневшим лицом. Принял на грудь, явно.

— Всё, пойдём. — сказал он мне. — Переговорил я с Димычем. Отстанет от тебя.

Я пожал плечами и пошел за батей, который уже открыл машину. У нас Фольксваген НР 200, ставший хитом года… 2031. Рабочая лошадка, пять дверей, этиловый двигатель на двести двадцать лошадок, пневмоподвеска, место под установку автопилота, которого на момент выхода модели, ещё не было в серии, а также аварийный запасной электродвигатель, который может тащить машину ещё пятьдесят километров, в случае выхода из строя основного ДВС. В нашей машине электродвижок давно велел нам долго жить, но надо сказать, что ситуации, когда он бы понадобился, пока не случилось.