— А чего ты хохотнула? — удивился я. Разговор у нас мысленный, поэтому официантка моего внутреннего диалога не заметила, просто поставив на стол кувшин со стаканом.

— Ну… Если поставить функциональные интимные органы и соответствующие расширения софта, то цена подскочит аж на двадцать тысяч рублей. — хихикнув, ответила она.

— Надо так надо… — пожимаю плечами. — Я, конечно, не извращенец, но двадцать штук — это двадцать штук.

— Так что ты выберешь? — спросила у меня Суо. — Учти: это крупные проекты, которые будут отнимать у тебя много времени и сил. Зато и выхлоп будет отличный. А если выгравируешь в видном месте «Сделано в Российской Федерации», то попадёшь под закон о защите отечественного производителя, из-за чего твой товар будет иметь преимущества перед зарубежными при государственных закупках.

— А что подразумевается под «Сделано в Российской Федерации»? — уточнил я. А то знаю я наших. Окажется ещё, что надо было делать каркас из металла, добытого на Урале, так как он намного более «россиистее», чем добытый в Заполярье. А дальше штрафы-штрафы-штрафы. Читал я мнение, что иногда дешевле и проще не ставить вообще никаких знаков.

— Со вчерашнего дня требования официально упрощены. — сообщила мне Суо. — Следить надо, что в стране происходит. Дума приняла поправки в закон о поддержке отечественного производителя, которые упрощают требования. Теперь у органов, регистрирующих претендентов на знак «СРФ», меньше возможностей для манипуляций и трактовок. Больше не должно быть проблем с происхождением исходного материала, главное, чтобы изготовлено было в России.

— Можешь сказать мне, почему вообще так ужесточали этот закон со знаком? — поинтересовался я. Действительно, интересно же.

— Ужесточение началось тогда, когда вскрылись факты махинаций, связанных с тем, что по бумагам в страну ввозились исходные материалы, а по факту замаскированные разобранные изделия. Таможня каким-то образом пропускала такое «сырьё», а нечистоплотные дельцы на месте собирали изделия и участвовали в государственных закупках. — объяснила Суо.

— Как вообще стало возможно такое? Псевдо-ИИ же… — начал я.

— В те времена присутствие псевдо-ИИ во внутренней экономике было слабым, поэтому такие вопросы решали люди. — прервала меня Суо. — Сейчас что-то провезти подобным образом почти невозможно, точнее, возможно, но дешевле реально произвести в России.

— А почему у наших властей такой пунктик с отечественным продуктом? — задал я следующий вопрос.

— Всё дело в российских псевдо-ИИ. — ответила мне Суо. — Прогнозирование будущего, которое заключалось в анализе огромного множества исчислимых факторов, показало им, что для России есть две угрозы: тотальная война и экономическая аннексия. С тотальной войной псевдо-ИИ ничего поделать не могут, зато с легкостью способны противостоять экономической аннексии. Как ты знаешь, государство уже давно не закупает ничего серьезного за рубежом. Всё стараются производить сами, так как серия ухудшений отношений с Западом привёл к тому, что Россия в определенный момент смогла стать в некоторой степени автономной. Всему, что могут предложить Запад и Восток, есть российские аналоги. Плохие, невкусные, неэффективные, нетехнологичные, но аналоги. Задача псевдо-ИИ на текущий момент — развить то, что имеется и создать условия для производства того, чего нет. Самое примечательное то, что проблему с производством отечественных товаров заметили довольно давно, но занимаются ею серьезно только последние десять лет. Сам знаешь, что словосочетание «отечественный автомобиль» перестало быть ругательством только три года назад, с выходом достойной Lada Redux 2101. И так во многих отраслях. Конечно, до уровня Европы ещё далеко, да и они не стоят на месте, та же Германия, если сведения из интернета верны и я правильно понимаю немецкий, ввела государственный псевдо-ИИ «Фридрих», который выполняет почти те же функции, что и российское «сообщество псевдо-ИИ», или совокупный разум, как вы любите его называть. Но экономический рост у России наличествует и научно-технический прогресс играет в нём немаловажную роль.