Изредка, когда выдавалось свободное время, Булат вспоминал о «бригаде», бандиты его точно не забыли, но, скорее всего, если он не станет напоминать о себе, обязательно забудут. Мать, пару раз, недовольно сообщала: «Опять твои дружки заходили», она называла их «дружками», подчёркивая, что никогда подобные типы ей не нравились.

Впрочем, Булат надеялся, что со временем конфликт утрясётся, ведь по большому счёту он не «стучал», денег у них не занимал и, вообще, ничем никому не обязан. Хотя он и допускал, что у бывших подельников могло быть иное мнение.

Два месяца пролетели, словно два дня, за это время старик многому научил Булата.

Теперь, вспоминая свою прежнюю жизнь, Булат воспринимал этот отрезок прошлого, как жизнь какого-то совсем другого Ивана Булатова.

И что интересно, эти два месяца он нигде не работал и ничем кроме магии не занимался, но денег по-прежнему хватало на еду, на бензин, и даже матери за квартиру платить.

«Такими темпами можно лет пять не работать… – думал иногда Булат».

Но периодически, всё-таки, приходилось ездить в город и тратить деньги.

Подъехав к магазину, Булат обречённо взглянул, хождение по магазинам он ненавидел больше всего.

Приземистый супермаркет походил на паука поджидающего очередную жертву. Тротуары и парковки, это асфальтовая паутина, блестящие окна огромные глаза, а просторные зеркальные двери – хищная пасть. Люди, пойманные в паутину дорожек, устремлялись к магазину лёгкие и радостные, а обратно выползали уже отяжелевшие, измученные, потерявшие свои жизненные силы.

Высокая дверь чуть скрипнула, и паук-магазин охотно проглотил Булата.

Внутри как всегда шумно и тесно, многочисленные покупатели громко переговариваются, катают блестящие металлические тележки с бренчащими маленькими колёсиками, выбирают товары, а затем покорно выстраиваются в очередь на кассу.

Какая-то старушка похожая на сказочную бабу-ягу щупала яблоко, её корявые узловатые пальцы мяли, вертели, давили несчастный фрукт, наконец, бабулька понюхала его крючковатым носом и положила обратно.

Булат, покосившись на «бабу-ягу», направился прямиком к хлебным стеллажам, он здесь бывал не раз и прекрасно помнил расположение товаров, но в этот раз вместо хлеба знакомые полки занимал кошачий корм.

«Опять переложили?! И не лень же им перекладывать товары туда-сюда. Заняться что ли нечем? – раздражённо подумал Булат, отправляясь на поиски нового расположения хлебных полок».

Уже на кассе ему снова не повезло: сначала пенсионерка хотела купить колбасу, но такой не оказалось в базе, кассир уходила, возвращалась, снова уходила, затем, не желая платить наличными, какой-то молодой парень пытался заплатить банковской картой, которую касса не принимала.