сверлить ее взглядом он жестко добавил: — Ладно, Анна Владимировна. Принимаю под личную ответственность. Но учтите: первый же инцидент, первый сорванный урок или намек на глазки со стороны курсантов — и вы вылетите отсюда быстрее, чем летает мой истребитель. Завтра в восемь ноль ноль первая лекция. Не опаздывайте. — Я никогда не опаздываю, майор, — спокойно ответила Анна, внутренне празднуя первую маленькую победу. Но она понимала: самое тяжелое испытание ждет ее завтра в учебном классе. Глава 2. Личные границы — Жить будете в офицерском общежитии, на третьем этаже, — чеканя шаги по асфальту, бросил Глеб. Он шел быстро, размашисто, совершенно не заботясь о том, успевает ли Анна за ним на своих каблуках. Но она успевала. Сцепив зубы и крепче перехватив ручки тяжелой сумки, Анна шла вровень, отказываясь просить о пощаде. — База находится в тридцати километрах от города, пропускной режим строжайший, — продолжал майор, не оборачиваясь. — Возить вас каждое утро на уазике никто не станет. Расписание жесткое. Лекции, самоподготовка, отбой. Вопросы? — Один, — выдохнула Анна, стараясь, чтобы голос не дрожал от быстрой ходьбы. — Ключи от класса мне выдадут сегодня? Хочу осмотреть кабинет и проверить аппаратуру. Глеб резко затормозил. Анна едва не врезалась в его широкую, твердую как стена спину. Майор обернулся, и в его глазах скользнуло секундное удивление, тут же сменившееся привычной ледцой. Он молча забрал из её пальцев неподъемную сумку. Анна даже охнуть не успела. — Кабинет на втором этаже учебного корпуса. Ключи у дежурного. Сначала вещи, — отрезал он, взвесив сумку в руке. — Что у вас там? Кирпичи? — Словари, Глеб Андреевич. И методические пособия. Майор ничего не ответил, лишь прибавил шагу. Офицерское общежитие встретило их относительной тишиной — большинство пилотов сейчас находились на полетах или тренажерах. Глеб поднялся на третий этаж, дошел до конца коридора и открыл серую дверь тридцать второй комнаты. — Прошу. Ваши апартаменты. Анна заглянула внутрь. Комната была спартанской, но чистой: застеленная серым армейским одеялом кровать, письменный стол, платяной шкаф, старенький холодильник в углу и отдельная дверь, судя по всему, в совмещенный санузел. На окне — простенькие тюлевые занавески. — Скромно, но со вкусом, — Анна прошла внутрь и положила сумочку на стол. — Главное, что есть рабочее место. Глеб поставил её тяжелую сумку у шкафа и встал в дверном проеме, скрестив руки на груди. В замкнутом пространстве комнаты его фигура казалась еще массивнее.