Может, где-то перегибаю. Может, не могу оценить всех перспектив. Но знаю точно, что прямо сейчас люди набирают силы, получают новые навыки, часть из которых — кто знает? — вполне может быть сильнее огнестрела, а часть — вполне может быть — способна от него защитить. И если так, то именно сейчас формируется новое общество, которое пройдет потом через выбитые двери по заблокированным социальным лестницам до самой вершины — править самим или служить. Михаил и ребята выбрали служить, и это их право. Я же не спешу править, куда важнее — чтобы не правили, распоряжаясь как вещью, мной самим. Но для этого нельзя быть слабым. И ни в коем случае нельзя опоздать к этой волне изменений — ведь запрещающие законы уже приняты, бетон закрывает новые пути, а храбрая эльф Лена готова посадить всех потенциальных феодалов нового мира.

Но если я не с Михаилом, то почему с ним? Да потому что они уже там, на той стороне, целых две недели — а мне нужны их знания и опыт. Откуда у них возможность продавать здоровье, почему эти камешки вообще так легкодоступны — и почему при этом владетель Бахалора, который видится в воспоминаниях Хоома мощным воином в дубленой шкуре неизвестного зверя, живет с отрезанным ухом и гнилыми зубами? Почему смертность там уже в тридцать лет? Для кого это здоровье — только для нас? Или не здоровье, а сами камни — доступны только нам? А их исцеление — в зверях уже нашего мира, и они за ним готовы прийти с огнем и мечом?

Много вопросов, чтобы получить на них ответы самостоятельно, а вот ребята Михаила уже обязаны были этим озадачиться. И каждый вариант правильного ответа сулит немалые выгоды человеку, который пожелает связать свою жизнь с Эдемом.

Тем временем уже вторая тряпка для мытья пола превратилась в нечто не отмываемое, скованное бетонной пылью и остатками шпаклевки до той степени, когда проще выкинуть и внимательным взглядом окинуть старые футболки — какая-то из них станет новой жертвой, отданной во имя чистоты. Кухню вымыл первой, за ней кое-как разобрался с комнатой, выкидывая все лишнее в дверь прихожей. И уже там сгружал все в заранее подготовленные пластиковые мешки.

Собственно, даже когда завершил с прихожей и ванной, это означало только начало нового круга мучений, потому что ремонт просто так не отмыть — тапочки оставляют белесоватые следы, чуть сдвинутая мебель открывает виды на залежи бардака, неведомо как пропущенные в первый раз, да и паутину на кухонном гарнитуре тоже неплохо бы убрать. Благо, опыт войны с пауками у меня уникальный, так что никакого страха — ордер на выселение в виде палки с намотанной на него футболкой и крутящее движение по часовой стрелке. В общем, по прошествии еще одного часа, чистота стояла такая, что даже матери не стыдно показать. Но, разумеется, она придет только тогда, когда двое суток был на работе, в ванной бардак из нестиранной одежды, в раковине пирамида из посуды от нежданно нагрянувших гостей, в холодильнике пусто (см предыдущий пункт), а сам я ввиду рабочих обстоятельств смахиваю на улыбающегося зомби (потому что искренне рад), но рассказам про мои трудовые подвиги не верят и пытаются углядеть пустые бутылки из под алкоголя под кроватью. Находят чей-то лифчик, учебники Теормеха и успокаиваются. Лифчик, кстати, отряхнул и закинул обратно.