У Касси пересохло во рту. Она попыталась открутить крышку, но пальцы не слушались. Вокруг раздались смешки, кто-то зашептался.

— Не обращай внимания, — сказала Ира. — Он скоро нальется и отстанет.

Касси не хотела, чтобы он «отставал». Она что-то промямлила, но не услышала себя. Кровь била ей в уши. Организм, прежде собравший себя заново из осколков катастрофы, вдруг опять разладился: голова крутила в одну сторону, сердце — в другую.

Шурик посмотрел ей в глаза и снова протянул бутылку пива.

— С-саш, я не буду.

— Ты что, монахиня? Давай, поживи немного.

— Сань, отстань от человека, — сухо попросила Ира.

— Я на лекарствах, — объяснила Касси.

— Да я че? Я же от души. В пивасе много полезного. Витамины, микро… микроэлементы. Чем тебе не лекарство?

— Я… — Касси примирительно улыбнулась. — Я… мне нельзя. Надо поправиться, тогда… здоровье восстановить.

— А, точно. Твое здоровье. Совсем забыл.

— Да, здоровье.

Он не стал смеяться в ответ, только смотрел на неё: не как на урода, не как на бывшую одноклассницу, а как на что-то любопытное. Что-то в его взгляде напомнило Касси тот выпускной: не обиду, а минуту, когда Шурик случайно задел её локтем в коридоре и бросил: «О, Звездопад, ты чего не танцуешь?» На секунду Касси тогда поверила, что он пригласит. Той же секунды хватило сейчас, чтобы всё её поломанное тело вспомнило, каково это: быть не инвалидом, не рогатой тварью, а просто девушкой, на которую смотрит симпатичный парень.

Касси вдохнула и зачем-то улыбнулась. Наверное, она хотела, чтобы Шурик увидел в ней ту Касси, которая могла выпить шампанского и не опьянеть, которая смеялась и искрила. Которая ещё не знала, что люди умирают, а тело предаёт.

— У тебя какое-то... ну, особое здоровье, да?

И всё. Секунда кончилась. Узел страха в животе скрутился до тошноты. Касси бросила взгляд на Иру, но та молча посасывала что-то из банки: бессмысленный взгляд вколочен в землю, плечи опущены.

Они знают или нет? Касси ни разу не снимала шапку вне дома, но…

— Я в аварию попала.

— А, да-да. — Шурик прищурил правый глаз. На несколько секунд он отвлёкся, чтобы закурить сигарету, и Касси почувствовала облегчение.

Она уже жалела, что пришла. Касси повернулась к Ире и стала спрашивать о дочке, но разговор не вязался. Ира выглядел еще более уставшей, чем днем.

Человек, которого переехала жизнь.

— О, пацаны! — донесся голос Шурика. — Хотите загадку?

— Давай уже, — Лена махнула рукой и снова чуть не упала со стола. Ее поддержали смехом.

— Идет коза рогатая! — взгляд Шурика скользнул по Касси, и она замерла. Позвонок за позвонком холод пополз по спине. — Помятая, горбатая. За мал… за нормальными такими пацанами. Ногами шатается, руками мотается. Каши не ест, пива не пьет. Кто это?