Нарышкин потерялпокров от силы на полсекунды. Но ей, работавшей подусилением и… выдрессированной Аней, этого промежутка хватило за глаза — Великий Дуэлянт поймалрасслабление сфинктеров итахикардию . А еще через миг оказался «заточен» в компактнуюмясорубку , шарашившуюлезвиями двух стихий. Да, битьразрядами не перестал. Но толку от этого оказалось немного: та часть заклинаний, которая теоретически могла достать Янину Павловну, влетала вводяной щит , вывешенный сантиметрах в десяти от границы области действиямясорубки .

Попытка Руслана Валентиновича ударить Огнем тоже не привела ни к чему хорошему: площадное заклинание просто-напросто разогрелолезвия , продавливавшиепокров , и добавило страдальцу дискомфорта.

«Непревзойденный», но обделавшийся «боец», сердце которого пошло вразнос, попробовал вырваться из-подмясорубки , но как только его нога показалась изсмерча , Волкова ударила водянымкулаком . В разгибавшееся колено. А остальное доделала инерция — Нарышкин рухнул на мокрую траву.

Встать не смог — из-за попаданийлезвий двух стихий, не позволявших упереться в землю. Не обрадовало и продолжение боевой связки: второйакустический удар , влетевший подсферу , снова вынудил потерятьпокров , акоагуляции , вбитые в плечи, «отключили» кровообращение в обеих руках.

В этот момент один из родичей погибающего «героя» решил дать ему лишний шанс и ударил вроде как невидимым воздушнымлезвием . Причем со всей дури.Стены вояк оно бы точно продавило, а Дежневскую не смогло. Вот телохранитель и «выступил»:

— Еще одна попытка вмешаться в ход дуэли — и я,боевой маг высшей категории Пахом Борисович Дежнев , убью виновного на месте!

— Да что вы себе позволя— … — возмущенно взвыл один из Нарышкиных и заткнулся. Так как с моей помощью обзавелсялентой поперек рта. Уняться не захотел, поэтому взмахнул рукой, подавая что-то вроде команды «К бою!» и… въехал спиной в своего родича, стоявшего на полкорпуса сзади.

Кстати, мы с Наташей сдавили воздушнымистенами всю эту шайку-лейку, добросовестно сжали и продолжили наблюдать за Воздаянием, успевшим выйти на финишную прямую: Янина Павловна, наконец, высушила резерв противника, перебила ему все четыре конечности, перевернула вверх лицом, наступила коленом на грудную клетку, медленно вырастила на кулакетычковый нож и недобро ощерилась:

— Вы убивали моего сына две минуты двадцать шесть секунд. Я отвечу тем же. Да, жечь Огнем не смогу. За неимением оного. Поэтому буду резать. А после того, как закончу, выложу видеозапись вашего наказания в Сеть. Дабы ваша смерть стала намеком для других тварей в человеческом обличье…