Выгонять из ангара «Икар» я тоже не стал — поднял матушку и Аню, передал им бразды правления уничтожением иномирного зверья, «построил» тревожную группу, сел за руль своего «Тарана» и в сопровождении еще двух вырулил из гаража.
До Усть-Ангарска ехал, никуда не торопясь. На предпоследнем повороте перестроился в арьергард. Поэтому оценил четкость, с которой внедорожники выполнили «боевой приказ». То есть, подкатили к квадрокоптеру незваного гостя, встали так, чтобы его, при необходимости, можно было «перепилить» с двух точек, и высадили по три мага, приготовившихся к бою.
Не «праздновал труса» и сам: выбрался из машины раньше Наташи, прошел половину расстояния до «Исети» и остановился. А после того, как из дверного проема высунулось какое-то мордастое тело в рясе и дорогой шубе, недовольно оглядело с головы до ног сначала меня, а затем Красовскую
и приказало мне «быстренько подняться в салон», да еще и одному, озверел. Поэтому развернулся на месте, вернулся к «Тарану», сел за руль, ободряюще подмигнул напарнице, старательно державшей лицо, и сорвал машину с места. После чего вошел в оперативный канал и озвучил последние Ценные Указания этого «выезда»:
— Иван Борисович, сообщите, пожалуйста, гостям, что Центр Вселенной НА МОЕЙ ЗЕМЛЕ не строю из себя даже я, что гордыня — один из самых опасных духовных пороков, и что «окно аудиенций» для тех, кто этого не понимает, закрыто…
Глава 21
20 ноября 996 г. от ВР.
…Не знаю, что именно уязвило управляющего делами Владимирской епархии, ожидание «аудиенции», мой отъезд или моя «отповедь», озвученная Щепкиным пилоту, но иерарх вышел из себя и попытался объяснить Ивану Борисовичу, что мое поведение, по меньшей мере, неразумно. При этом вещал через все того же пилота и усиленно «давил харизмой». Но командир смены не продавился — без каких-либо подсказок с моей стороны заявил, что лицам, проявившим неуважение к его господину, на этой земле не место, взял «Исеть» в захват системой целеуказания «Кипариса» и сообщил охреневшему летуну, что через три минуты всадит ракету в любое чужое корыто, обретающееся в моих владениях. Вот квадрокоптер митрополита Иллариона и ушел к границе частной территории по прямой. А второй борт «подобрал» уже после того, как ЗРПК прекратил сопровождение цели в «активном» режиме.
Как и следовало ожидать, эта ретирада взбесила священнослужителя, не привыкшего к каким-либо отказам, еще сильнее, поэтому уже через четверть часа мне позвонил митрополит Симеон. Но вместо того, чтобы высказать свое «фи», развеселил уже со второй фразы: