мужчин и всегда воздаю добром за добро. Увы, с последним сложно: я знаком с вами уже не первый год, успел неплохо разобраться в вашем характере и точно знаю, что, спасая выживших, вы делали то, что должно, не задумываясь о наградах или оплате ваших услуг. Предлагать вам деньги не стану: вы от них однозначно откажетесь. И будете правы. В своей системе координат. А в моей системе координат одних слов благодарности катастрофически мало. Даже с учетом того, что Алла — далеко не самая любимая из моих родственниц. В общем, я долго ломал голову, но все-таки нашел компромисс и лягу костьми, но уговорю вас с ним согласиться…После этих слов он выложил на стол инфокристалл и подтолкнул его ко мне:— Спасательная операция в Диком Лесу прославила вас, «Фениксов», на всю Империю, а значит, к вам продолжат обращаться за помощью. Насколько я знаю, на Алтай вы прилетели на «Кречете» Ее Императорского Высочества Софьи Александровны. Этот конвертоплан является эталоном комфортабельности и защищенности, но его скоростные качества оставляют желать лучшего. Так вот, я дарю вам «Сапсан». Да, он чуть менее роскошен и вместителен, вряд ли выдержит попадание даже пары ракет земля-воздух с артефактными головками самонаведения, зато не в пример быстрее, а значит, сможет существенно сэкономить время перелета и, тем самым, спасти кому-нибудь жизнь……Этот подарок я все-таки принял. Поддавшись уговорам Рюриковны, наблюдавшей за переговорами через мою КТС-ку и помогавшей выбираться из логических ловушек, в которые меня раз за разом загоняли Демидовы. И это оказалось наименьшим злом из всех возможных: старый, опытный и на редкость изворотливый интриган, Петр Антонович на протяжении полутора часов пытался получить хоть какую-нибудь возможность «альтернативного выхода» на Софью, ее отца или старшего брата! При этом ни в одном из аргументов, озвучиваемых владельцем «Алтая», эта цель не прослеживалась. Да и приманки, на которые я обязан был клюнуть, были подобраны очень серьезными психологами.В общем, эти полтора часа вымотали меня в разы серьезнее, чем десять часов, проведенных в катакомбах Ингвара Ярого. А неслабое раздражение, появившееся в самом конце переговоров, добавило мотивации. Так что совет Софьи лег на подготовленную почву: я мечтал отомстить Петру Антоновичу за затянувшуюся нервотрепку, поэтому взял со столешницы инфокристалл с дарственной на конвертоплан, кодами доступа и чем-то там еще, рассыпался в благодарностях и заявил, что нам пора. Увы, в «нагрузку» к «Сапсану» пришлось согласиться