— Наоборот, — усмехнулся Киструсс. — У «смежников» в этом «ящике» дела обстоят совсем плохо. И наш колдун там бы стал звездой первой величины. И под предлогом этого шеф этот «ящик» легко перетянул бы под себя. Он же тоже любитель всякой эзотерики и оккультизма. Понимаешь расклад? И здоровье себе поправит, и «ящик» под себя подомнёт!

* * *

Ситуация, сложившаяся вдруг с утра в Коршевской участковой больнице, напоминала сцену из гоголевского «Ревизора». С самого утра на своем «уазике» в больничный двор влетел, едва не задавив парочку гуляющих гусей, главврач Кутятинской районной больницы Виталий Александрович Селищев.

Он выскочил из салона, бросился бегом в поликлинику, заскочил в кабинет хирурга и, не обращая внимания на пациента, скомандовал:

— Приём прекращаем. Срочное совещание. Всех медработников собрать здесь через десять минут!

Медсестра хирургического кабинета Ирина Розина кивнула и выскочила из кабинета.

— Перерыв на полчаса, — успокоил пациента с повязкой на руке, выпроваживая его в коридор, Селищев. — Не больше.

Через десять минут кабинет хирурга был битком: собрались не только врачи, но и медсестры, лаборанты. Разумеется, стульев и мест на кушетке всем не хватило. Главврач оглядел всех и заявил:

— Товарищи! У меня к вам срочное известие. Хорошее или плохое, не знаю. Сегодня в 14.30 к вам в участковую больницу приезжают представители республиканского Минздрава и ВЦСПС и Москвы. Они сейчас в области и собираются выехать именно к нам, то есть к вам.

— В честь чего такая честь? — удивился хирург. — Как немцы, блин, в июне сорок первого, без объявления войны!

— Ты так кому-нибудь больше не скажи! — взвился Селищев. — Моментом загремишь…

— Куда? — саркастически усмехнулся хирург. — Куда уж дальше Коршево…

— На Чукотку, аппендициты моржам вырезать! — прошипел взволнованный Селищев. Обычно спокойный, уравновешенный он сейчас не находил себе места.

— Если б знать, из-за чего…

— Да! — согласилась терапевт Мария Кирилловна Ганина. — И профсоюзы, и министерство. Ох, не к добру это, не к добру!

— Плевать! — заявил хирург. — Работаем, как работали. Нам прятать нечего.

— Не надо ничего прятать! — заявил Селищев, взглянув на часы. — В двенадцать прекращаем прием больных в поликлинике. Стационар работает как прежде. Сколько сейчас там больных?

— Семеро, — отозвалась терапевт Светлана Григорьевна Малинина. — Трое мужчин, четверо женщин. Занимают три палаты.

— Очень хорошо! — кивнул главврач. — В общем, в двенадцать поликлинику закрываем, наводим в ней порядок: помыть полы, протереть пыль, окна…