— Ну, как мы тебе забор поставили? — поинтересовался лесовик, когда я заехал в деревню и остановился рядом с дубом у забора, огораживающего дом Селифана.

— Нет слов, Еремеич, — восхищенно отозвался я. — Просто великолепно.

— Мы с одной стороны не стали огород городить, — сообщил Еремеич. — Там где въезд в деревню, дорога. Как Селифан выкупит дом у этих, как их, дачников, тогда и поставим.

— Лешие поработали, — ответил он на мой невысказанный вопрос, каким образом вокруг Кочаров возник частокол. — А бревна это из тех, что давешние лесорубы навалили.

М-да, я вспомнил, как я с лесником перед моим отъездом сходили на дальний кордон в рейд.

Глава 8

Глава 8

Глава 8

На дальнем кордоне

На дальний кордон ловить «черных лесорубов» мы вдвоём отправились на «уазике» лесника. Ни шишок, ни шерстяной с нами не поехали. Я рассчитывал, что мы «повяжем» этих браконьеров, к вечеру вернемся домой, а завтра я уеду в город на сессию. В принципе, так оно и получилось, только с некоторыми коррективами.

«Короткая дорога» нас вывела на свободную от деревьев обширную метров 100 на 100 поляну в сосновом бору. На поляне стояли два трактора «Беларусь» с телегами, бортовой «Зил-130» с небольшим краном в кузове, рваная армейская брезентовая палатка на 10 человек. Тут же были складированы три больших штабеля длинных шестиметровых, уже свободных от сучков, бревен, приготовленных к погрузке. Кругом на поляне были пни, пни, пни… Видимо, работники топора и бензопилы работали здесь долго и вдумчиво.

Василий Макарович вышел из машины, огляделся вокруг, задумчиво выдал:

— Охренеть! Сколько ж они леса сгубили? Кубов двести-триста напилили, не меньше! Кстати, а где все?

Я тоже вышел из машины, прошел вперед, осмотрелся. Вокруг не было видно не единой живой души. Обнаружился плотницкий топор возле палатки. Рядом с ближайшим «Беларусем» еще один, обычный.

Я заглянул в палатку. На нарах, сколоченных из досок, в беспорядке валялась одежда, вилки-ложки, алюминиевые тарелки и прочее барахло. Одним словом, сплошной бардак. А еще на мартасах, лежащих на нарах, обнаружились темно-бурые пятна, похожие на засохшую кровь.

— Антон!

Я поспешно выскочил из палатки. Василий Макарович стоял возле импровизированной кухни, показывая мне рукой на какую-то кучу. Я подошел ближе. Кучей оказались шкуры каких-то крупных животных, лосей, кажется. Лесник пнул кучу ногой. Из-под шкур показалась отрубленная голова лося, только молодого, совсем молоденького лосенка. Макарыч поднял с земли жердину, толстую палку метров двух длиной, ткнул в кучу, поворошил опять. Под кучей шкур обнаружилась еще одна голова лося, только уже постарше и без рогов.